\

Обернувшись ко мне, он велел:

- Отойти подальше, за мою спину. Если что, сразу беги на кухню и запирай дверь!

Кивнув, я поставила лампу на ближайший столик и попятилась назад, ища взглядом что-нибудь тяжёлое. Эндрю убрал засов и толкнул входную дверь, вскидывая карабин.

- Заходи, только медленно, - велел он.

Чуть покачиваясь, на порог ступила какая-то несуразная фигура. Я не сразу поняла, что это сразу два человека, просто один из них едва стоял на ногах. И да – это был Гордей.

Рыжика было не узнать: один глаз заплыл и вообще не открывался, под ним темнел огромный синяк. Скула разбита, как и распухшие губы, на которых не было живого места.

- Гордей! Кто тебя так? – кинулась я к нему.

- Ай, - застонал он, - я тоже рад вас видеть, только давайте обойдёмся без жарких объятий!

Он ещё попытался улыбнутся, но тут же скривился от боли в разбитых губах. Неисправимый оптимист, рыжее солнышко! Его придерживал на весу помощник капрала, которого тот снарядил для охраны. В отличие от Гордея, он выглядел довольно неплохо. Что же с ними приключилось?

- Ведите его сюда!

Я распахнула дверь в комнату для вип персон.

- Диван прикройте, а то перепачкаю… - пробормотал Гордей.

Сам на ногах не стоит, а беспокоиться о хозяйской мебели! Я сдёрнула со стола скатерть, накидывая её на диван, только после этого мужчины уложили на него Гордея.

- Что случилось? Кто тебя так? - Эндрю тут же приступил к допросу.

- Воды! Дайте сначала попить, во рту всё пересохло! – просипел тот.

Я метнулась на кухню, налила в кружку уже остывшего отвара. Вспомнив про разбитые губы, выдернула несколько соломинок из ящика, в котором лежали привезённые из деревни овощи. Сполоснула и попробовала в них подуть. Выбрала самую толстую и сунула её в кружку.

Выпив отвар, Гордей откинулся на подушку, собираясь с силами и начал свой рассказ.

До города добрались без происшествий, и сама дорога, и половина возниц из обоза были ему знакомы, ездили вместе не один раз. Правда, все разговоры то и дело сводились к недавнему происшествию, люди радовались, что едут домой не порожними, гадали, что же будет дальше, всё же заказ на уголь был постоянным и денежным, никто не хотел терять стабильный заработок.

На хмурого охранника на коне сначала смотрели косо, а затем пообвыкли и перестали обращать внимание.

В городе тоже всё пошло своим чередом, каждый знал, что и когда ему нужно делать, тут уже было не до разговоров. Единственное, на складах слегка удивились, что Гордей попросил оплату наличными, на вопросы отвечал: мол, хозяин велел, даже охрану приставил, - кивнув на служивого с карабином в руках. Заодно предупредил, что завтра прибудет поотставшая часть обоза и чтобы плата тоже была натуральной деньгой.