\

Кто-то зажёг масляную лампу, я подняла голову, узнавая рядом с собой помощника капрала, того самого, что ездил с Гордеем в город.

- Там, там степь горит! – закричала я.

Он начал подробно выспрашивать меня, что я видела, его спокойный рассудительный вид немного меня успокоил.

- Идите в дом, - велел он мне, - мы тут сами управимся.

Шахтёры быстро одевались, молча брали в руки кирки и лопаты и словно растворялись в ночной темноте.

Ко мне выскочили наспех одетые Марыся и Арина.

- Что случилось?

- Пожар! Там! – я замахала в сторону холмов.

- Девушки, уведите её в дом, велел служивый, выводя со двора свою лошадь. Марыся взяла меня под руку и потянула в сторону кухни.

На шум, прихрамывая и держась за бок, приковылял Гордей. Узнав, что случилось, он велел собрать все пустые вёдра и наполнить их водой.

Я с беспокойством смотрела в сторону холмов, алое зарево становилось все больше и выше. Ветер принёс запах гари.

- Там же уголь! – пронеслось у меня в голове. – Если он загорится, быть беде!

В памяти всплыло несколько случаев, когда загорались угольные шахты и горели потом годами. Про это даже фильм сняли. Ужастик!

- Нужно деревенских позвать, если огонь сюда доберётся, худо будет всем.

Гордей с тревогой смотрел в сторону зарева.

- Я пойду!

Арина расправила плечи и вздёрнула худенький подбородок.

- Может, постояльцев разбудить, - встревожено произнесла я.

- Не стоит, будут только под ногами мешаться, - без них управимся, - махнул рукой Гордей.

Я первый раз видела его без улыбки на лице, в глазах парня застыло беспокойство.

Арина убежала в деревню, а через четверть часа оттуда послышался звон набата, следом потянулись мужики с вёдрами, тяпками и лопатами. С каждой минутой народа становилось всё больше и больше. От шума проснулись постояльцы и тоже спустились вниз.

Откуда-то появилась запряжённая в плуг лошадь, вдоль края дороги принялись прокладывать свежую борозду.

- Дай те Боги, чтобы ветер не усилился, тогда огонь через дорогу не перекинется, - пояснил мне деревенский мужичок.

Ситуацию усугубляло то, что уже вторую неделю стояла страшная жара, а дождя давно не было. Трава высохла и вспыхивала, словно порох.

Кто-то крикнул:

- Воды!

Девчонки тут же ухватили по ведру и побежали на голос. На свет вышел молодой парень, весь серый от пепла, мне показалось, что у него даже одежда дымиться. Выхватив у Марыси ведро воды, он опрокинул его себе прямо на голову.

- Обливайтесь водой, мужики, - крикнул он и убежал обратно.

Девушки переглянулись и кинулись к колодцу. Мы, сменяя друг друга, доставали из него воду, полные вёдра тут же подхватывали и несли к холмам.

- Что это?

Марыся протянула руку и ей на ладонь, медленно кружась, словно снежинка, опустился пепел.

- Ветер усиливается!

Сердце словно острой иглой укололи.