Сделка

– Вы шутите? Как это возможно?

– Я и сам не знаю, – развел руками лекарь. – И поначалу думал, что Хизер просто водит меня за нос, говоря о событиях давнего прошлого. Но потом… знаете, ей ведь не было дела до нашего мнения. Людей, я имею в виду. Она обитала в каких-то иных слоях. С лесом разговаривала, с духами общалась… лечить умела. Дурного не делала, что бы о ней ни болтали. Помогала. Не всем правда, могла и отказать. А почему – тоже не объясняла. Я однажды увидел, как она буквально оживила мертвую птицу. Летом дело было, денек погожий такой стоял… Я возле озера хотел ягод набрать да прилег отдохнуть, сморило меня.

Вот и увидел то, что моим глазам не предназначалось. Хизер кедровку у корней дерева подобрала, мелкая пичуга, здесь таких полно. В ладонях сжала и начала шептать что-то. А потом руки раскрылись, она рассмеялась, и пичуга, вспорхнув, улетела.

– Так, может, она живая была? —усомнился я.

– Дохлая, – хмыкнул Гектор. – Под деревом лежала, я видел, когда ягоду искал. Уж дохлую птицу от живой отличу как-то… А после шепотков Хизер улетела как ни в чем не бывало. Я тогда, признаться, не сдержался.

Выскочил из своего укрытия, на колени перед шаманкой бухнулся. – Врач со смущенной улыбкой потер кончик длинного носа, глянул поверх очков. – Умолял Хизер передать хоть крупицу знаний, поделиться опытом, рассказать, как она это сделала… Это же открытие, прорыв в медицине! Сенсация! А она только посмотрела так, знаете… с жалостью. Как на убогого. – Гектор кашлянул и отвел взгляд. – Сказала, что дурак я и ничего не понимаю. И уже не пойму, потому что моя голова забита этой самой медициной по самую маковку и для иного там места уже не осталось… так и ушла, ничего не ответив. А знаете, что самое мучительное?

Я поднял брови.

– Я так и не понял, зачем она подобрала эту птицу. В лесу полно зверья, разного… и умирают звери с птицами каждый день. Хизер мимо всех проходила, не пытаясь шептать над ними. А эту кедровку подняла…"

"– Может, случайность, – предположил я. – Люди порой поддаются… порыву.

Гектор пожал плечами. Удивительно, но даже хмурясь, он выглядел скорее жалким, чем грозным.

– Значит, умерла она зимой, – задумчиво повторил я, и лекарь кивнул.

Интересно. И снова отсылает к шаманке, стоящей в круговерти зимы посреди летнего поля.

Я снова задумался.

Размышления прервал надсадный кашель Гектора.

– Пожалуй, мне стоит закрыть на сегодня лекарскую и немного отдохнуть, – с досадой произнес он, отдавая мне микстуру. – Что-то мне и правда нехоро…

Не договорив, Франц начал заваливаться, я едва успел поймать его, не дав приложиться головой об угол дубового стола. Бледный до синевы Гектор растянулся на полу и отключился. Я приложил голову к его груди – дыхание поверхностное и едва уловимое.