Секретарь старшего принца 3

Рука Дариона, прижимающаяся к моей шее, дрогнула. Он подался ко мне и тут же остановился. Волнение охватывало его, я ощущала это сквозь муть собственного желания. Волнение, тревога, дурное предчувствие.

На меня снова накатило желание – дикое, нестерпимое. И захотелось… притянуть Дариона к себе, уснуть, проткнуть себе руку, что угодно, только бы не возвращаться в этот кошмар. По телу пробежала дрожь, и Дарион очнулся от своих мыслей, мягко спросил:

– Близость со мной совсем не помогает?

– Только во время процесса, – процедила я сквозь стиснутые зубы и свернулась калачиком.

– Достань порошок, пожалуйста. Не можем же мы до конца срока из постели не вылезать…

А он был бы не против! Дарион хотел погладить меня по плечу, но испугался сделать хуже. И это понимание, тревога, забота – они задели сильнее, чем его страсть. Слишком они отличались от его хладнокровного поведения на тренировках.

– Сейчас достану, – Дарион соскочил с постели. – Ри, ты… ничего, если я оставлю тебя ненадолго? Что-нибудь ещё можно сделать?

Меня снова начинало ломать от желания близости, сердце колотилось быстрее, страх охватывал меня – ужас перед собственным абсолютным бессилием.

– Принеси порошок… – взмолилась я, почти ничего не видя, погружаясь в грёзы.

Сейчас бы вырубить себя снотворным, но я совершенно не помнила, где его оставила. Вчерашний день казался невнятными обрывками, в которых были вампиры, Танарэс, снотворное, поглотившее меня сознание Сирин Ларн, её отвратительная близость с Элором, разговор Вейры и Диоры, и Дарион – его руки, его нежность, желание, восторг от нашей близости.

Сейчас в Дарионе была только тревога за меня – бескрайняя. И я поняла, что этот порошок он мне достанет даже из-под земли.

"

"– Подожди, потерпи немного. – Вытащив из гардероба простую одежду, Дарион одевался по-военному быстро. – Я сейчас, я мигом!

Встревоженный, он выскочил из спальни. В гостиной я ещё ощущала его, а потом его эмоции резко пропали – он надел ментальный амулет. Мгновение спустя закрылась дверь, и я осталась одна в его доме.

Страх навалился сразу, набросился, заставляя сильнее сжаться калачиком, стиснуть зубы. По телу пробежала дрожь – смесь желания и ужаса.

Неспящие… казалось, они снова рядом, окружили эту комнату, ждали за стенами, прижимались к ним, прислушивались, готовые ворваться в спальню и наброситься на меня, если услышат шум дыхания.

А кожа – вся я! – горела в навеянном магией ожидании Элора, ведь только он по-настоящему мог погасить мою страсть.

Страсть…

И страх…

Они смешивались, одолевали друг друга, накатывали то сладким жаром, то колючим пронизывающим холодом, и разум – мой тренированный с детства, готовый ко всему разум менталиста из рода Сиринов! – не мог взять над ними верх.