Секретарь старшего принца 3

Но я не обратила на свой изменчивый призванный предмет никакого внимания. Вытаскивать закованного в неё Жаждущего крови я тоже не хотела, потому что его удар будет неконтролируемым.

Доковыляв до стойки, ухватилась за массивный деревянный каркас. Потянулась к кинжалам, прижимаясь покрытой серебряными чешуйками грудью к холодным лезвиям расположенных ближе мечей, ловя в них своё бледное растрёпанное отражение. Порой металл с тихим «цок» ударялся о чешую. Лезвия были отточены идеально. Это не тренировочное оружие, а самое настоящее боевое. Маленький арсенал. Халэнну понравилось бы.

Я старалась думать о чём угодно, только не об ощущении близости Неспящих, не о разливающемся вдоль позвоночника тепле…

Вцепившись в рукоять стилета, выдернула его из паза и тут же, не примеряясь, едва успев втянуть чешую, вогнала в сжимающую перемычку стойки ладонь. Боль огнём прокатилась по нервам, на миг полностью изгоняя и возбуждение, и страсть. Это было так прекрасно! Тут же я схватила другой кинжал и вонзила его в предплечье – аккурат между костей.

Боль… её чистый и ясный огонь омыл меня, омыл сознание."

"Алые ручейки крови струились по бледной коже, по серебру чешуи, капали на тёмный пол.

Мелкие брызги блестели на моих волосах, на груди. Кровь текла и текла, я дёрнула рукой, и снова целебная волна боли прокатилась по телу, освобождая его от бремени страстей. В животе защекотало, воздух стал вырываться короткими резкими выдохами, и только через несколько мгновений я поняла, что беззвучно хохочу.

Смех был неконтролируемым, диким, оглушающим. Он дёргал меня, и я, приколотая к стойке с оружием, бессильно извивалась в его тисках и продолжала хохотать, не видя ничего за пеленой слёз.

Тук-тук!

Я задыхалась от истерического смеха, и этот стук… сердце пропустило удар, я застыла, но не поняла, почему.

Тук-тук! Тук-тук! – заколотили в дверь более настойчиво.

И вдруг я осознала очень ясно и чётко, что там, на крыльце дома Дариона, стоял Элор, и это он стучал в дверь.

Глава 27

Снова меня затрясло в беззвучном смехе, по щекам щекотно заструились слёзы. Я наклонилась к перемычке с приколотой ладонью и уткнулась лбом в холодный край деревяшки. Я дрожала всем своим сверхчувствительным, отказавшимся подчиняться телом.

Нужно было собраться, действовать, – выдернуть кинжалы, убрать заклинанием кровь, спрятаться в спальне, – но сил не было, даже свободной рукой до рукояти дотянуться не получалось.

Опять Элор постучал в дверь.

Что ему от Дариона срочно потребовалось такую рань?

И попробует ли Элор войти внутрь?

– Дарион?! – глухо позвал Элор и снова постучал. – Открой!

Отчётливо слышный сквозь дверь голос Элора подействовал – жар внизу живота усилился. Надо спасаться. Я дёрнула руку, и снова боль стала спасением.