Шипы в сердце. Том первый

Интересно, сколько раз здесь была моя мачеха?

Я думаю об этом со странным зудящим раздражением, пока стою неподалеку от кровати и изучаю едва заметный узор на бордовом покрывале.

— Увидела что-то интересное? — Голос Авдеева застает меня врасплох.

— Пришла к выводу, что здесь довольно одиноко, — пользуясь тем, что стою к нему спиной, аккумулирую силы и беру себя в руки. Какая разница, кто здесь был до меня, если сейчас здесь — я?

— Одинокими бывают люди, Крис. А это просто место, где я иногда провожу время.

Я поворачиваюсь, изучаю его позу: в дверном проеме, лениво навалившись плечом на косяк.

Подтягивает рукава свитера до локтей, обнажая крепкие, покрытые редкими короткими темными волосками руки, перевитые структурными качковыми венами. Кажется, я легко могу прихватить любую зубами. Татуировка тоже очень ему идет, хотя я так толком и не рассмотрела, что там, кроме клыков в крови во рту непонятной черной твари. Часы — все тот же «Наутилус» — соседствуют с браслетиком из детских цветных бус. Он его реально что ли носит, не снимая?

— И что, ты приходишь сюда, завариваешь чай и смотришь в окно, раздумывая о бренности бытия? — Я заглядываю в гардеробную, провожу пальцем по аккуратно сложенным белым футболкам.

— Иногда я заказываю суши и смотрю фильмы, которые никто кроме меня смотреть не хочет.

— Например? — Мешкаю всего секунду, потом подцепляю пальцами края платья и стаскиваю его через голову, оставаясь в чулках и белье. Нарочно надела простой хлопковый лифчик с удобными широкими бретелями, чтобы, когда он с меня его снимет, на коже не было ужасных следов. И «невидимые» танга.

В секундной паузе не слышно ни шагов, ни хотя бы вздоха, хотя я знаю, что выгляжу офигенно с любой из своих сторон.

— Например, старое американское кино.

— Господи, это же скучно! — Я выдергиваю верхнюю футболку и двигаю в сторону душа.

— Как насчет «Крепкого орешка», Барби? — издевается мне вслед.

Я поднимаю вверх оттопыренный средний палец — вместо тысячи слов. Хотя знаю, что именно его мы и будем смотреть. И фильм этот я обожаю. Как и все старые боевики. Чертов Авдеев!

После душа — его принимаю быстро, просто чтобы смыть с себя весь рабочий день, выхожу в одной футболке и трусиках.

Лифчик и чулки демонстративно бросаю на кровать, рядом с платьем. Немного взбиваю влажные спиральки волос, кошусь в зеркало. Я в его футболке просто как в платье, и даже не в мини — никуда не годится. Прикинув, подкатываю ее до груди и завязываю в центре узлом. Мой красивый живот с косыми линиями пресса и круглая сочная попа — повод для гордости, который я не собираюсь прятать от своего… гм-м-м… парня.

В гостиной натыкаюсь на Вадима, включающего газовый камин.