Следствие ведут знатоки

А понимающие туристы, те прямо ахают и сразу — за фотоаппараты!

— Да?.. Скажите, товарищ Пчелкин, почему вы не сообщили в Управление культуры о краже в музее?

Пчелкин ошарашен:

— П-позвольте… О чем вы говорите?

— Кража восьми картин из собрания Таланова полгода назад.

— Но… никакой кражи не было!

— Как же не было, когда была. Мне рассказали здесь в милиции через десять минут после моего приезда.

— Не было кражи! — горячо протестует директор. — Была попытка. Неудачная попытка, которую ваши коллеги немедленно пресекли. Вы же видите — все возвращено, ничего не пропало!

— Это еще вопрос.

Недавно «Инфанту», разумеется тоже с яблоком и с подписью Веласкеса, пытались вывезти за рубеж. Для маскировки ее переодели подпаском.

— Да вот же она!

— Точно ли она?

Пчелкин вскакивает, подходит к картине справа, слева, вглядывается.

— Ну конечно, она… Все то же самое. Даю вам честное слово!

— Честного слова мало, сами понимаете. Придется забрать вашу «Инфанту», чтобы специалисты могли их сравнить — которая подлинная.

Пчелкин с трудом усваивает новость.

— Картина чрезвычайной ценности, — нервно говорит он.

 — Я буду ее сопровождать.

— Отлично. А я буду сопровождать вас. Отправимся в среду утренним поездом."

"Помимо директора визит Томина в город взбудоражил и еще кое-кого. Поздним вечером из вокзальной будки междугородного телефона-автомата звонит грубоватый дюжий мужик, слишком физически здоровый и флегматичный, чтобы всерьез тревожиться, пока петух не клюнет.

— Извиняйте, что разбудил, — гудит он в трубку. — У нас тут легкий шухер в музее… Нет, я с вокзала звоню, по московскому автомату… Один момент. — Опускает монету. — Столичный майор приехал, Пчелкина тянет… Да уж он вещички складывает… Картину какую-то опечатали, сказали с собой возьмут.

Момент… — В прорезь отправляется следующая монета. — Ни-ни, я ничего не шебаршусь, я помалкиваю… И в котельной у меня был, глядел… Ага, понял. Все будет оки-доки… Маруська привет и поцелуй передает. Соскучилась, говорит. Ладно… Ладно, буду телефонировать.

В кабинет начальника следственного отдела Скопина входит Знаменский.

— Сообщение Томина прочли? — спрашивает Скопин.

— Прочел, Вадим Александрович.

— Садитесь. Есть указание прокурора возобновить дело о краже из музея.

Что я вам и предлагаю.

Он передает Знаменскому тоненькую папку, почти пустую еще.

— Если выйдет, может выйти любопытно, — улыбается Пал Палыч.

— Почему «если»? Смущает непривычность материала?

— Немножко, товарищ полковник. Хочется хотя бы дождаться возвращения Томина.

— Не имеет смысла. Вы упустите несколько дней.

Знаменский перелистывает документы в папке.

— Найдите квитанцию комиссионного магазина. Нашли? Ваши соображения?

Пал Палыч молчит минуту, прикидывает.