Сломленный рыцарь

 – А ты?

– Хорошо.

К счастью, поездка была короткой.

Когда мы приехали, в зале уже была концертная атмосфера, люди набились в темное помещение как сардины в банку. Сам зал был меньше гостиной родителей. Запах теплого пива и пота висел в воздухе. Это было место, куда даже Найт с Воном не смогли бы меня затащить. Но после катастрофического Дня благодарения я поняла, что, может, Найт был не единственным человеком с горящей красной кнопкой «саморазрушениие». Мне захотелось забыться. Я хочу погрузиться в алкоголь, потные тела и громкие звуки не меньше него.

Больше всего на свете мне не хотелось останавливаться. Мэлори говорила, что я добилась большого прогресса. Впервые за несколько месяцев меня не пугало то, что она может написать родителям обо мне. Мне хочется продолжать строить дружеские отношения и выходить из зоны комфорта."

"В центре зала толкались ребята, атмосфера была что надо и – я соглашусь с Эйприл – вокалист у них действительно горяч, по нему все сохнут. Я танцевала с Джошем и растворялась в музыке. После двух часов, в течение которых я качала головой и покупала всем напитки по поддельным документам, я подумала, что рецепт отказа от Найта – это отвлечение.

Мне не пришлось долго удивляться. Как только телефон завибрировал в заднем кармане, я достала его и задержала дыхание. Имя Найта высветилось вместе с фотографией, где он, в задранной футболке, подмигивает в камеру, оголяя шесть потрясающих кубиков.

Он перезвонил мне.

Наконец. После дюжины пропущенных.

Он ждет моих слов.

Перед друзьями, которые сойдут с ума, если услышат, что я разговариваю.

Отвечать ему опасно, но я не могу удержаться, зная, что он может не ответить, если я перезвоню ему позже. Я извинилась и выбежала в переулок между клубом и кафе. Нажала ответить и прижала пальцем другое ухо, чтобы лучше слышать его.

Сперва я услышала его тяжелое дыхание, дрожь удовольствия и боли прокатилась по телу. Одно его существование окрыляло меня. Вон был не прав. Отдаление не решает проблемы. Оно увеличивает их.

– Привет, – услышала я его низкий баритон.

– Привет, – прошептала я, боясь, что кто-то меня услышит. Я ни с кем не разговаривала, кроме него, но по какой-то причине, когда он был поблизости, мне нужно было поговорить – привлечь его внимание. Хотя я все еще не до конца понимала почему, особенно сейчас. Я рисковала новыми, значимыми друзьями из-за кого-то, кто дал понять, что хочет отомстить мне. Кто жаждет моей боли.

– Как ты? – произнесла я одновременно с тем, как он произнес: – Тебе надо прекратить мне названивать, Луна.

Наступил момент молчания, за который я пыталась переварить то, что он сказал. В этот раз в его голосе не было злости или угрозы.

– Что? – воскликнула я.

– Я действительно пытаюсь не сделать тебе больно, я борюсь с собой.