Таверна \

— А я-то ещё гадала: с чего бы такому мужчине как ты, интересоваться такой, как я…

— Подожди, Вер…, — попытался перебить меня Киллиам, но из меня будто поток рванул:"

"— У тебя же просто не было выбора. Да и у меня тоже. Что там за нас решило? Магия? Феромоны? Потоки ауры? Кого вы вините в том, что сами выбирать не можете? — истерически усмехнувшись, про себя порадовалась, что отошла подальше от скопления людей. Уж что-что, а поддаваться истерике на публике я просто ненавидела. — И что теперь с этим делать? Я же никогда не смогу стать знатной. А ты, судя по тому, что я знаю о парах, не откажешься от меня. Потому ты постоянно и вертелся рядом.… А я, дура, подумала, что это… любовь…

Воздух закончился, и только поэтому мне удалось замолчать. Было стыдно за свою реакцию, но сдержаться оказалось выше моих сил. Просто жутко обидно, когда ты в кои-то веки отпускаешь себя на волю, а тебя вот так вот резко отбрасывает назад. Ну не могла я воспринимать явление пары как великое благо, потому что своими глазами видела, к чему оно приводит…

— Не плачь, — тихо произнёс Киллиам, и я ощутила, как он что-то стирает с моих щёк. — Тебе нечего бояться. Люди не так чувствительны к феномену пары. Ты в безопасности.

— А ты? Ты в безопасности? Разве тебе не обидно? — шмыгая носом, запальчиво спросила, ведь меня сейчас волновала не только моя судьба. Я злилась и за “благословенного” оборотня тоже.

Тихо усмехнувшись, Киллиам притянул к себе мою руку, сжал пальцы и, поцеловав их, сказал:

— Нет, мне не обидно. Потому что я понимаю суть. Верити, — тихо начал оборотень неотрывно глядя мне в глаза, — знаешь, далеко не все оборотни, как ты когда-то выразилась, тащат в рот всякую “гадость”. Так поступают только те, кто знает о парности, кто верит в неё и кто хочет найти свою половинку. Уже много лет я в курсе не о простом временном явлении метки, что сравнивают с покровительством, а о её истинном предназначении. Такие как я, чтобы не ошибиться в выборе, по сути, мухлюют, — Киллиам тихо смеётся, пока я незаметно для себя успокаиваюсь. — Не метка принуждает нас что-то чувствовать — она лишь указывает на ту, кто может стать той самой парой. Парой, которой можно доверять, парой, которая будет любить всю жизнь, и парой, что пусть не совсем идеально подходит, но при этом точно станет лучшим спутником в жизни.

— Так мы… правда…, — пробормотала я, чувствуя новые волны стыда за свою избыточную реакцию.

— Да, — с улыбкой в уголках губ отвечает Киллиам, — наши чувства настоящие. Метка их не провоцирует. Это делаем только мы.

Оказывается, чуткая сторона оборотня нравится мне не меньше других. Но вот его молчание, прямо выводит из себя.

— Ты должен мне целую кучу нервов, — буркнула я, ущипнув Киллиама за руку.