Титановый король

Мы пока сделаем русский.

Телефон мымры найти несложно. Узнать задания, которые ребята делали в классе – тоже. Я представляюсь учителке дальней родственницей Данила и Ника, которая сидит с мальчиками, пока их отец работает, та диктует нужные страницы и номера. Не уверена, оценит ли Федор мое вмешательство в этом вопросе, но я знаю точно, что его проблемы не должны как-то сказываться на детях.

– Там классно! С макушки видно все-все! Даже трубы на заводе…

– Прекрасно.

– А мы можем еще поиграть?

– Ну, если вы сделаете уроки до того, как стемнеет…

– Да не вопрос! И тогда мы сразу пойдем в веревочный парк?

Закатываю глаза и принимаюсь собирать разбросанные по всему холлу вещи, не переставая удивляться тому, как быстро эти двое умудряются создать вокруг себя хаос из ничего. Привыкшая к стерильному порядку, я развешиваю куртки, раскладываю шапки, кручу в руках грязные перчатки и… старательно игнорирую тянущую боль за грудиной.

Когда вся моя жизнь стала стерильной, как эта комната? И как быстро она снова станет такой, когда я останусь одна?

– Ты забыла ботинки! – указывает на очевидное Никита.

– Мог бы и сам их сунуть в шкаф! – тычет брата в бок более покладистый Данька.

– Ничего, немного беспорядка здесь не помешает, – улыбаюсь я, касаясь макушек обоих мальчиков пальцами. Гулкую пустоту под диафрагмой затапливает незнакомая нежность. – Все слишком… вылизано.

– Угу. В этом ты ну точно, как наш папка.

– Правда?

– Угу. Он тоже все время за нами убирает. Потом ничего не найдешь.

– А как иначе? Он – врач. Все врачи любят порядок, – авторитетно заявляет Данил.

Значит, мальчики не в курсе, что на врача он так и не выучился? Учитывая то, чем Федор занимается, это неудивительно. Совершенно точно его детям не нужны подробности.

Пока мальчики моют грязные руки в ванной, я, привалившись с другой стороны двери, стараюсь не думать о том, чем прямо сейчас занимается Фед, потому что, если он делает кому-то интимный массаж… Короче, я не хочу знать об этом. Оно для меня слишком. Гадать, почему – бессмысленно. И так ведь понятно, что я не на шутку вляпалась. Наверное, можно сколь угодно долго это отрицать, можно торговаться с собой и непонятно на кого злиться, но зачем? Все равно рано или поздно мне придется принять происходящее с собой как данность и смириться с мыслью, что я безответно влюбилась… Если что на самом деле и важно в сложившейся ситуации, так это не показать своих чувств Федору. Я ведь понимаю, что шансов ему понравиться у меня нет. А допустить, чтобы он был со мной из благодарности или (не дай бог!) жалея, как несчастную приблудившуюся собаку, мне ни за что не позволит гордость. К тому же я не верю, что из отношений, в которых один любит, а второй лишь милостиво позволяет с собою быть, может выйти хоть что-то хорошее.