Тьма

Слезы стыда и вины щиплют глаза, и я пристыженно отворачиваюсь.

– А тем временем никто ничего не делает, – продолжает Каро, не замечая моей взволнованности. – Кто-нибудь вообще проверял местность, где нашли его тело? Искали ли следы в снегу? Улики?

– Дрю и Люк выезжали туда, – откашливаюсь я, пытаясь взять себя в руки. – Я спрошу у них. – Стоит ли упоминать синяки на лодыжках Алекса? Я задумываюсь. Или о дыре в его рубашке? Нет. Последнее, чего я хочу, так это еще больше раздраконить Каро.

– Как насчет его браслета? – спрашивает она. – Что было на нем?

– Он не надел его.

– Но ты все равно можешь проверить данные, не так ли?

– Я пытаюсь, – говорю я. В самом деле, я открыла файл вчера, но не смогла расшифровать его. Мне придется попросить Тома или Роба помочь мне. Но нужно быть осторожнее; если Сандрин учует, что я копаю за ее спиной, я отлично могу представить ее реакцию.

Каро наклоняется и хватает мою руку, крепко сжимая.

– Я должна это сделать, Кейт. Я должна это сделать ради Алекса, но я не справлюсь одна. Мне нужна твоя помощь. Пообещай, что поможешь мне узнать правду.

Я смотрю на нее, сомневаясь.

– Я отслежу данные завтра и поговорю с Дрю или Люком. Но ты должна мне пообещать кое-что взамен, хорошо? Что ты не будешь пытаться разбираться сама. Что поставишь свое здоровье на первое место.

Она кивает, но я пожимаю ее руку, подчеркивая свои слова.

– Я серьезно. Ты пережила сильный стресс, Каро, и это не идет на пользу ни тебе, ни ребенку. Ты должна помнить об этом, потому что Алекс не хотел бы, чтобы что-то плохое случилось с кем-то из вас.

Каро колеблется, будто собираясь возразить. Потом ее поникшие плечи выдают, что она сдалась.

– Хорошо. Но ты же расскажешь мне сразу, как что-то узнаешь, не так ли?

Я киваю, в то же время думая, то ли это обещание, которое я смогу сдержать. Я не готова рисковать еще больше.

Переходи этот мост, когда доберешься до него, решаю я, обнимая ее, и ухожу.

Глава 23. 3 июля, 2021 года

Я провожу остаток дня в кровати, приглушив освещение, поваленная очередной убийственной мигренью, едва отступившей после двойной дозы «Трамадола». Хуже боли только сопровождающий ее упадок настроения. Я чувствую себя так, будто живу в этом маленьком давящем пузыре вечно, моя прошлая жизнь отдаляется, как сон, оставляя подкрадывающуюся уверенность в том, что я никогда не покину это место.

Иррационально, конечно. Но тяжело отогнать эту мысль.

Наконец-то засыпаю, и на следующее утро я уже чувствую себя достаточно хорошо, чтобы взяться за завал работы, скопившейся за десять дней после смерти Алекса. Я должна выполнить свое обещание и проверить данные с браслета Алекса, но сначала нужно обновить еженедельные анализы крови.