Ты будешь моей

Макс подлетел ко мне, схватил за плечи, поднял резко и сильно встряхнул. Я убрала ладони с лица и посмотрела в его перекошенное злое лицо. Отшатнулась. Испугалась, что он меня ударит.

Я заметила, что его моя реакция напрягла. Может даже обидела."

"— Я злюсь, Мила. Очень злюсь, но как бы зол я ни был, никогда не подниму на тебя руку. Лучше ее отрублю. Не сравнивай меня с моральными уродами! Я видел только одну запись. И я до сих пор удивляюсь, как не грохнул его. Не оскорбляй меня больше такими предположениями. Меня не возбуждает насилие. В постели мне нужна партнерша, а не жертва. Секс должен сносить крышу не только мне, но и ей. Меня возбуждают крики удовольствия женщины, которая находится подо мной! — от его слов мне стало стыдно… и жарко. Емельянову удалось своими откровениями успокоить истерику. Но это не значит, что я согласна с тем, как он поступил!

Глава 20

Гризли

Я знал, что она пребывает в шоке. Кому бы понравилось, что за ним наблюдали, видели интимную сторону жизни? Не самую приглядную. Мы поставили камеры в их комнате, лишь потому, что многие семейные конфликты происходят за закрытыми дверями спальни. Меня оскорбили ее слова. Возбуждался?! Да меня наизнанку выворачивало, я до сих пор об этом не могу думать спокойно, хочется добить тварь, что зовется ей мужем!

А ее реакция на мой объяснимый гнев, задела за живое. Как она могла подумать, что я ее ударю? Я лучше себе руки отрублю, чем к ней со злобой просто притронусь. Мои руки способны доставить удовольствие, а не боль. Обнять, приласкать, согреть, но не ударить! Разошелся не на шутку.

— А Беллу чуть не изнасиловал! — прилетело в конце моей пламенной речи. Заметил боль в глазах Милы. Она ведь в это верит. Я тоже, конечно, хорош. Полезть к бабе за лаской и поцелуями всегда был рад, разрешения никогда не спрашивал. Да и девки от моего напора не терялись, долго не сопротивлялись, сами ноги раздвигали после нескольких минут прелюдии.

С Белкой вышел косяк. Серьезный такой косяк, за что и получил в морду. Красивая у друга жена. У каждого нормального мужика появится желание ее приласкать. А я же спрашивать не люблю, да и бухой был в тот день. Дальше поцелуев и ласк без ее согласия не зашел бы, но напугал тогда девчонку. Плохо, что Мила поверила в самое плохое. И вот как ей все объяснить? Дать список любовниц, которые ничего не имели против моего напора.

— Так, родная моя, слушай и запоминай. Я не насильник, ни одну женщину против ее воли не тронул. Ты сейчас можешь сказать, что сорванный без спроса поцелуй это уже преступление. Ярые западные феминистки меня бы за это уже привлекли к суду, четвертовали или расчленили, полили бензином и подожгли. Хорошо, что я живу в России-матушке, где законы пока не дошли до такого абсурда.