Ты теперь моя

Не в силах нормализовать дыхание, смотрю на Саульского и захлебываюсь воздухом.

— Хочу твое тепло, — шепчу едва слышно. — Согрей меня.

— Обожжешься, Юля.

Пугает не предупреждение, а голос, которым оно сказано — густой и опасный.

Дергаюсь назад, но Сауль из своей расслабленной позы неожиданно быстро перегруппировывается и сам стискивает меня руками. Подхватывая под ягодицами, тянет ноги на себя. Я подчиняюсь, обвиваю его бедрами. Тогда он прижимает меня очень близко. Стискивает так, что больно становится. Никакого зазора между нами не остается. Плащ скользит, оголяя мои плечи.

Холодный воздух леденящим паром шпарит кожу, а я какое-то время пошевелиться не решаюсь, глядя в темные подавляющие глаза Саульского.

Не знаю, чем руководствуюсь, просто понимая, что не вырвусь силой, иду на какой-то отчаянный поступок: сама льну к нему и целую в губы…

Глава 16

Мяу кисс ми, ненавистная любовь,

Я зализывать свои не буду раны…

© Би-2 «Мяу кисс ми»

Юля

Вам знакомо, что такое разряд электрического тока? А если очень мощный? Который выдержать, оставаясь невредимым, невозможно? Меня прошивает таким, едва соединяются наши губы.

Разит через все тело, словно молния, с макушки до кончиков ног. Я содрогаюсь. Чувствую, что и Сауль вздрагивает. Вздрагивает и каменеет, инстинктивно перегруппировываясь. Только поздно… Этой синхронной волной нас будто спаивает и выбрасывает за грань, из-за которой нельзя вернуться.

Ощущения потрясают. Выработанная энергия рассыпается внутри меня колкими и горячими искрами. С будоражащей опаской предвкушаю то, что почувствую, углубив поцелуй. Но едва я всасываю нижнюю губу Сауля и касаюсь ее языком, его крупная грубоватая ладонь ложится мне на горло и, надавливая, заставляет отстраниться.

— Что делаешь?

Я горю. Я трясусь. Мне мало. Я хочу его целовать. И хочу, чтобы он мне отвечал.

Игнорируя вопрос, дергаюсь, чтобы возобновить поцелуй. Но Саульский не позволяет приблизиться. Удерживает на расстоянии.

Что ж ты за человек?

Ни свой, ни чужой.

Мой.

Мой же? Я ведь принадлежу ему. Я — Саульская.

— Хочу целоваться, — говорю откровенно. Голодно облизываюсь, отстраненно удивляясь тому, что во мне оказывается столько порока. — С кем мне целоваться? Тоже кого-нибудь из охраны приставишь?

Перемещая пальцы, Сауль с силой стискивает мой подбородок.

Сжимая челюсти, прочесывает сердитым взглядом, как наждаком. Вздыхая, готовлюсь к тому, что приземлит меня, как уже бывало, одной фразой — жестокой и обидной. Но нет… Крепче впиваясь пальцами в мой подбородок, тянет на себя. Сам припечатывается к моему рту. У меня выбивает из сознания все мысли. Анализатор событий сбивается. Я втягиваю носом воздух и призывно распахиваю для Саульского губы. Он тотчас врывает языком.