Лжец. Мы больше не твои (СИ)

Сейчас единственное, что я могу сделать – это выбраться из этой проклятой машины, не раззадорить Петра и не спровоцировать его на жестокость.

– Вот и умничка. Всегда знал, что ты у меня золотая девочка. А на счет того глупого инцидента с Милой…

Имя любовницы мужа похоже на скрежет, у меня зубы сводит.

– Об этом можешь не беспокоиться. С ней я вопрос решу.

Пока муж говорит, у меня холодный пот по спине проскальзывает. Страх затапливает сердце.

– Ублюдков у Станиславских не бывает.

И что-то такое проскальзывает в глазах моего мужа, что я просто забываю, как дышать. И его любовница уже не вызывает ненависть и презрение.

– Ты все, поныла? – обрубает мои мысли и вновь присматривается.

– Да, – отвечаю тихо и муж, улыбнувшись, ударяет по панели.

– А теперь иди домой, у меня полно дел.

Сразу же выхожу из машины, хлопнув дверью. Иду спокойно. С ровной и прямой спиной. Не плачу. Никак не выдаю своих эмоций.

Прохожу мимо отца, который сразу же отбрасывает курево."

"– Нинка, приехала? – слышу радостный голос папы. – А Петр чего в дом не зашел? Спрашивает, наблюдая, как автомобиль моего так называемого мужа медленно стартует и уезжает.

– Привет, пап, у него дела, – отвечаю глухо, а отец вдруг как-то подбирается, смотрит на меня внимательно из-под широких уже седеющих бровей.

– У тебя все хорошо, Нинок?

Вопрос отца летит прямо в цель. Нет. У меня не хорошо.

У меня как раз все очень и очень плохо, но я… я не могу сказать об этом самому близкому человеку, поэтому просто подхожу и обнимаю отца за широкие плечи, вдыхаю родной запах с примесью сигарет.

– Я просто очень соскучилась, пап, – выдыхаю и зарываюсь лицом в старую рабочую майку отца.

– Дочка… мы тоже очень скучаем, – чувствую, как отец целует меня в макушку, а сама веки сжимаю, вспоминая, что Петр на меня чуть не напал прямо в машине… и меня начинает внутренне трясти, ком подкатывает к горлу, и я понимаю, что не прощу.

Не прощу его слов. Его предательства. Его отношения и его угроз.

Я не знала мужчину, с которым жила. Я просто даже близко не представляла, какой это подонок…

– Нина. Ну-ка признавайся, что у тебя стряслось, с Петром, что ли, поссорилась? – отец заставляет меня чуть оттянуть голову и, прищурившись, заглядывает в мои глаза.