Лжец. Мы больше не твои (СИ)
Праздничный стол готов. Улыбаюсь, хочу обрадовать мужа. Слышу, как замок в дверях поворачивается. Только до слуха доходит хихиканье, женский вскрик, переходящий в стон: - Я не дотерплю. Хочу, чтобы сейчас… - Мила… - рыком, и в голосе мужа похоть. - Осторожнее… в моем положении надо мягче… я тебе сказать должна… - Что сказать? – опять гортанный звук. - У нас будет малыш, любимый… Ноги слабнут, я пошатываюсь и случайно задеваю стеллаж, статуэтка падает и разбивается вдребезги. - Как ты мог… - банальные слова слетают с губ. А я перевожу взгляд с мужа своего на любовницу, застывшую рядом с ним, а она губы свои облизывает и победно на меня смотрит… Праздничный стол готов. Улыбаюсь, хочу обрадовать мужа. Слышу, как замок в дверях поворачивается. Только до слуха доходит хихиканье, женский вскрик, переходящий в стон: - Я не дотерплю. Хочу, чтобы сейчас… - Мила… - рыком, и в голосе мужа похоть. - Осторожнее… в моем положении надо мягче… я тебе сказать должна… - Что сказать? – опять гортанный звук. - У нас будет малыш, любимый… Ноги слабнут, я пошатываюсь и случайно задеваю стеллаж, статуэтка падает и разбивается вдребезги. - Как ты мог… - банальные слова слетают с губ. А я перевожу взгляд с мужа своего на любовницу, застывшую рядом с ним, а она губы свои облизывает и победно на меня смотрит…
Дело при наличии хорошего адвоката было расшатано.
Делает еще один глоток, а я наблюдаю, как его кадык дергается на мощной шее. Сильный хищник. Грациозный. Глаз оторвать невозможно.
– А что случилось затем?! – спрашиваю, но сама уже внутренне интуитивно знаю ответ.
Вскидывает бровь и улыбается как-то жестко, опасно и безумно сексуально. С вызовом.
– Когда разрулил все, девушка из консерватории больше не играла…
Вадим отталкивается от столешницы, на которую опирался бедром до этого, и медленно, подобно зверю, идет на меня, оглушая правдой:
– Она стала женой моего злейшего врага.
Хмурюсь. Слова Вадима царапают.
– Ты… хочешь сказать, что… Станиславский специально женился на мне… чтобы задеть тебя?!
Мой вопрос вылетает чисто интуитивно, и я прикусываю нижнюю губу, потому что в глазах Царева проскальзывает что-то темное, яростное.
– Я не могу отвечать за него. Но факт в том, что девушка, которая нравилась мне, с которой должен был встретиться, стала его женой… а зная этого ублюдка… я давно перестал верить в совпадения, Нина.
Киваю, а сама вспоминаю, что именно мне сказал Станиславский в машине:
– Я люблю выигрывать и щелкать по носу конкурентов… хотел утереть кое-кому нос… забрать и присвоить ту, что вызвала нешуточный интерес у моего заклятого врага…
Внезапно смеяться начинаю. Звонко. Громко.
Все сходится, два врага разыгрывали свою партию, а я стала пешкой, которую двигали туда-сюда…
Качаю головой. Уже не рада, что пришла и решилась на помощь Царева, потому что… горько становится…
– То есть сейчас ты решил отыграться за мой счет?! Тоже хочешь щелкнуть по носу моего мужа?!
Резко делает движение, шаг в мою сторону и замирает.
– Не говори ерунды! – глаза у Вадима вспыхивают, золото радужки становится глубоким каким-то.
– Ну почему же… Я тебе нравилась, а потом все пошло наперекосяк, и за все эти годы ты ни разу не появился в моей жизни… и…
– Зачем?! – обрубает жестко. – Что я должен был сказать тебе?! Что бы ты услышала из моих слов?! Прекрати. Нина. Ты всегда была разумной и порядочной. Ну подкатил бы к тебе конкурент твоего мужа, рассказал, что был тем самым поклонником, что бы ты мне ответила?"
"Вскидывает бровь и смотрит на меня внимательно.
– Ну… чего же ты молчишь, Нина?! Позволила бы конкуренту мужа приблизиться к себе?!
Качаю головой отрицательно. Конечно.













![Избранные произведения. I том [компиляция]](/uploads/posts/images/6/izbrannye-proizvedeniia-i-tom-kompiliatsiia.jpg)



