Удар «Молнии»

Даже одно увиденное им лицо курсанта, узнанное имя становилось смертным приговором либо другим, бессрочным, контрактом, по которому бы пришлось служить всю жизнь. А их было двенадцать, и ни одного чеченца! Пять человек — хохлы с Западной Украины, недоученные студенты Львовского университета, три эстонца — бывшие лейтенанты Советской Армии, двое русских из Прибалтики, один крымский татарин и один молдованин. Этот интернациональный подбор означал, что диверсанты готовятся не на сегодняшний и даже не на завтрашний день; легко вписавшись в российскую жизнь, они, по всей вероятности, осядут где-то поблизости от объектов диверсий и станут служить миной замедленного действия, сработают по сигналу в нужный момент.

Их специальное назначение подчеркивалось еще и тем, что все остальные курсанты — всего около сотни — были из мусульман — чеченцев, турок, иранцев, пакистанцев и абхазцев. Из них тоже делали диверсантов, но другого типа — смертников, о чем говорили зеленые повязки на головах. Это был не просто сырой материал, большинство успели повоевать в Афганистане с той или другой стороны, в Абхазии, в Карабахе и Приднестровье, все до одного проходили срочную службу в армиях своих стран, и кроме того, около двух десятков закончили офицерские училища либо военные кафедры в институтах. В центре «Шамиль» они были уже более года, изучали оружие, пиротехнику, средства связи, виды рукопашной борьбы — короче, находились в состоянии полуфабриката."

"Управлял этой школой бывший подполковник Советской Армии и бывший командир разведроты Халид Сурхашев, однако при нем постоянно находился мусульманский священник в белой чалме, исполнявший обязанности «замполита».

Халид оказался человеком коммуникабельным и простодушным. Едва познакомившись с инструктором-контрактником, он тут же пригласил его вечером на шашлык и, вероятно, хотел завести дружбу, Пока Грязев сидел в штабе и знакомился со своими будущими обязанностями и курсантами, его попечитель Бауди занимался жильем и бытом молодоженов. В его заботливости Саня усматривал единственное — отуреченный азербайджанец был сотрудником спецслужбы, обеспечивающей безопасность центра «Шамиль». От предложения Халида Грязев не отказался и вечером отправился в гости, по восточному обычаю, один, без законной жены.

— Ну, как тебе первый день службы? — встретил его хозяин. — Огляделся, освоился?

— Огляделся, — мрачно сказал Саня. — Глаза бы мои не смотрели…

— Ничего! — рассмеялся Халид, усаживая гостя за стол. — Было и у меня такое настроение! Да у всех, кто впервые сюда приезжает… А потом уезжать не хотят.