Вечный шах
Судье Ирине Поляковой поручают простое, но громкое дело: известный общественный деятель Смульский по неосторожности убил преследовавшую его поклонницу. Он пытался спасти девушку, а когда это не удалось, явился с повинной. Судья склонна назначить самое мягкое наказание, ведь девушка запугивала семью Смульского, подсылала к его жене и дочери бандитов… Но верная помощница Ирины Гортензия Андреевна видит в этом деле второе дно, а Ирина привыкла доверять интуиции старой учительницы.Любовно-психологические романы с яркой детективной составляющей переносят читателей в ретро-времена: в 80-х годах 20 века молодая судья Ирина Полякова и два народных заседателя, которые каждый раз назначаются новые, вершат судьбы. Милосердие, беспристрастность, пытливый ум, а главное – та самая пресловутая женская логика, над которой принято насмехаться мужчинам, позволяет раскручивать такие дела, которые стандартными методами не решить. Описание быта того времени никого не оставит равнодушным, накал страстей, честь и достоинство, которые для героев М. Вороновой не пустые слова – всё это самой высшей пробы!
Вдруг накрыло такое яркое воспоминание, что Ирина будто очутилась в том далеком зимнем дне.
Когда все время пребываешь в расстроенных чувствах, работа не спорится, так что ничего удивительного, что Ирина, готовя обед, порезала палец.
Нож вошел неожиданно глубоко, и кровь потекла так сильно, что Ирина даже немного испугалась. Зажала рану полотенцем, но по нему очень быстро стало расползаться красное пятно.
Внезапно на помощь пришла соседская девочка. Без лишних слов она принесла аптечку и очень ловко наложила повязку, посоветовав Ирине держать руку вверх, чтобы кровь быстрее остановилась. Оказав первую помощь, Вика так же молча и деловито доварила Иринин суп и ушла к себе.
Лечение помогло, через час только аккуратная повязка напоминала о травме, и Ирине захотелось отблагодарить ребенка. После дневного сна они с Егором пошли кататься на финских санках и позвали девочку с собой.
Ирина зажмурилась, вспоминая, как хохотал Егор, изо всех сил вцепившись в сиденье из деревянных реечек, а Вика стояла сзади на полозьях и отталкивалась ногой так сильно, что однажды чуть не потеряла сапог. Потом она сидела, а Ирина с Егором становились сзади и осторожно толкали.
Егор тянулся к девочке, и Ирина позволила им поиграть вместе, они катали снежные шары на опушке и смеялись, а тем временем вечерело, сумрак опускался на высокий еловый лес, но на дорожке уютно горели фонари, заставляя снег празднично искриться, из пансионата доносилась веселая музыка, и на душе было радостно и хорошо. Девочка бегала от Егора, увязая в снегу, он догонял, зловеще хохоча, и тогда она брала его на руки и кружила. Дети раскраснелись, глаза сверкали, и, кажется, они были так же счастливы, как и Ирина, глядя на них.
В пансионате еще работал киоск Союзпечати, она заглянула в надежде поймать какой-нибудь толстый журнал, чего, конечно, не случилось, зато обнаружились дефицитные немецкие пупсы. Девочка была уже взрослая для игры в куклы, но пупсы – совершенно другое дело. Их не зазорно любить хоть до выпускного класса.
Надо было срочно ловить момент, Ирина купила девочке пупсика, а Егору, чтобы не обидно, взяла пластмассовое ведерко с лопаткой, в которое до сих пор, кстати, играет Володя."
"Очень хороший получился вечер, и Ирина думала привечать девочку и дальше, но утром Голубева, уже бывшая в конфронтации с мамой, бросила подарок ей в лицо, процедив «в подачках не нуждаемся».
Пришлось до конца отдыха обходить ребенка стороной, чтобы не ставить в неудобное положение.














