Ты не знаешь о дочери

— Завтра отдадим Оле, да?

— Да…

— Она придёт в себя, и нарисует тебе ещё целый альбом.

— Да…

— Ужинать едем?

— Не хочу.

— Может, хотя бы кофе?

— Давай кофе.

Мы выехали на дорогу и остановились возле одной из заправок. Я встал немного в стороне, где было почти безлюдно. Купил два кофе и принёс их в машину.

— На твоё латте… — протянул я ей бумажный стаканчик.

— Ты помнишь? — спросила она и осторожно забрала горячий напиток из моих рук.

— Помню, — поднял я брови вверх. — Я много чего помню.

Повисло неловкое молчание. Катя нахмурилась. Она не желала развивать эту тему, и я не стал настаивать. Зря я вообще это сказал… Не стоило. Только старые раны бередить и себе, и ей.

— Спасибо, вкусный тут кофе, — сказала Катя, когда я выкинул стаканчики в урну и вывел машину на дорогу и повел её в сторону дома Кати.

— Пожалуйста, Котё… Катя.

Она уставилась на меня огромными глазами.

Она поняла, как я хотел её назвать.

Вот блин — так проколоться! Зову же в мыслях так её, до сих пор, неудивительно, что проболтался…

Сделал вид, что ничего такого не хотел сказать, и рулил дальше.

Всё равно ей это нифига не надо, только ухудшит всё.

Возле дома я остановился и посмотрел на неё. Она грустно перебирала пальцами пакет, который предназначался Оле."

"— Кать, ты… Думай о фломастерах, слышишь? — сказал я ей негромко. Она замерзла и слушала меня, глядя в окно перед собой. — Представляй, как завтра Оля тебя встретит, и ты ей подаришь принадлежности для рисования, что мы купили. Она точно обрадуется! Ей очень понравится.

Она повернула голову, и я провалился с головой в эти ясные голубые глаза.

Спасите кто-нибудь… Я же утону.

Но от Котёнка спасения для меня нет, и никогда не было.

— Я завтра сама доеду до больницы, — произнесла она. — Не стоит тебе мотаться ко мне как на работу утром и вечером.

— Я поеду с тобой, — настоял я. — Хочу знать, что там Оля.

— А… Ну тогда как знаешь.

— Я приеду завтра, также, как сегодня.

— Ладно…

Какое-то время мы помолчали. Ей нужно уходить, но она как будто не всё ещё сказала. Я молча смотрел на неё, пока она собиралась с мыслями.

— Спасибо тебе, Ром, — сказала она мне, кладя пальцы на ручку двери.

— Да брось, это мелочи…

— Я…не о фломастерах. Хотя и за них тоже спасибо. Хорошего вечера.

Катя вышла из машины и хлопнула дверью. Я смотрел ей вслед, как она достаёт ключи, открывает дверь и скрывается в подъезде. Очнулся, когда звук от домофона исчез — противный писк прекратился, и я словно вынырнул из своей бездны.

Надо ехать. Скоро уже семь.

«Я…не о фломастерах», — звучал в голове её голос снова и снова…

Глава 34

Роман— Здарова! — хлопнул меня по плечу Архип и протянул мне свою огромную лапу, которую я с радостью, которой, наверное, на моём хмуром лице видно не было, но я рад его видеть.