Веселый Роджер

Удовольствие подчиняет, колет руки, ноги, словно выбивая новый узор на всю жизнь, звенит в ушах, едва ли не перебрасывая через край в первую же секунду. Я сжимаю зубы, утыкаюсь в ее шею. Вера приподнимает бедра, позволяя проникнуть глубже, а моя душа, или во что вы там верите, едва не вырывается из тела, лишая сознания, чудом цепляется за что-то. Наверное, за дырявое, но упорно колотящееся сердце. Ощущения фантастические и незнакомые. Они как будто не только в области паха, а во всем теле. Это бьет по мозгам, бьет, бьет, пока не сводит с ума.

Но Вера напрягается. В это секунду я вдруг вспоминаю, с кем занимаюсь любовью.

Это же после меня самый мнительный человек в мире. Умоляю, ни слова о ВИЧ. Только не сейчас!

– Пожалуйста, – шепчу ей невнятно, сбивчиво, из последних сил. – Просто умру, если откажешь.

Она обнимает крепче, слегка улыбается. Кивает мне.

Делаю один робкий толчок, чувствуя, как Вера выгибается в руках, вижу, как закрывает глаза и приоткрывает рот. Ресницы дрожат. Дыши, дыши, родная. Я тоже пытаюсь.

На выдохе ей на ухо, теряя крупицы контроля:

– Выходи за меня. – Зажмуриваюсь, а перед глазами белые вспышки, красные фейерверки.

Такого не бывает.

– Да… – отвечает Вера хрипло, будто с трудом, – только продолжай.

Она снова и снова выбирает меня одного.

И я продолжаю.

Одно движение, второе, третье… А потом без счета. Но каждое новое – для нее, единственной и самой настоящей. Для нас обоих.

Глава 32

Вера

В это невозможно поверить, но Белов действительно спит.

Как в плохом кино, отключился прямо на ней сразу после… хм, процесса. Мерно сопит, расслаблен. Щеки румяные, на губах блуждает загадочная улыбка. Выглядит полностью довольным жизнью и собой.

Вера глубоко вздыхает, зажмуривается и повторяет про себя несколько раз: «Пожалуйста, умоляю, пусть результат последнего анализа будет отрицательным».

На все готова, лишь бы этот кошмар закончился и за единственный раз их неосмотрительности ей не пришлось заплатить его жизнью. Ладно Белов без царя в голове, но она-то как могла забыться и позволить чувствам победить осторожность?! Еще ВИЧ ему не хватало до кучи…

«Молодец, – шепчет ему одними губами, поглаживая по волосам, пропускает пряди сквозь пальцы. – Я тебя нисколечко не люблю, чертов безрассудный кретин.

Так же сильно, как и ты меня. На дух не переношу. Видеть не хочу. Пришла, чтобы избить тебя хорошенько. Что и сделала. А то, что лежу в твоей постели голая, все еще чувствуя пульсацию внутри после тебя, мой хороший, и этот приятный дискомфорт, когда много месяцев без секса и вдруг сразу сильно, ярко и на всю катушку, – лишь подтверждает вышесказанное. Да же?»

«Ты меня предал, сбежал, как последний трус, бросил, когда был нужен. Ненавижу».

Аж руки дрожат, так осторожно гладит, только бы не разбудить.