Посох двуликого Януса

Разве подростку бывает интересно выяснять, откуда взялось благосостояние его родителей? Оно уже было, когда он появился на свет, оно есть сейчас, значит, это правильно и нормально. Так и должно быть."

"Более подробно историю происхождения финансового благополучия семьи Тимофей услышал уже от матери, когда стал значительно старше. Но и тогда она особого интереса не вызвала. Все это случилось давно и никакого значения не имело. Но когда в прошлом году во властных коридорах заговорили о новой программе взамен программы реституции, Муратов начал беспокоиться. Поделился своими опасениями с родителями, Марфа согласилась с сыном, а отец, как обычно, оставался безмятежным оптимистом: «Да перестаньте вы волноваться, кто мы такие, чтобы нами занимались? Говорят, в те годы чиновники высших эшелонов брали многомиллионные взятки, вот их потомками и займутся в первую очередь.

Проверять всех взяточников подряд – никакого Тоннеля не хватит». В словах отца, безусловно, был резон, но Тимофея такие рассуждения не утешили. Уж он-то, Тимофей Муратов, прекрасно знал, как принимают решения в Комитете и кто на эти решения может повлиять. Чей голос весомее, тот и протолкнет свою кандидатуру на проверку. Очень удобный способ свести счеты или избавиться от конкурента. Весомость же голоса определяется не только служебным положением или личным авторитетом, но и куда более материальными факторами. Все это понимают. Отец – чистая душа, незамутненная соображениями об интригах, всю жизнь занимался педиатрией, лечил детишек. Разве он может представить, сколько у его сына врагов и недоброжелателей?

Марфа задумчиво смотрела вдаль, на море, которое под облачным небом переливалось оттенками нежно-серого и зелено-голубого.

Тимофей терпеливо ждал, когда мать заговорит. Он уже озвучил свое предложение, пусть теперь она выскажет свое мнение.

– Да, Тим, пожалуй, я соглашусь с тобой. Если время смерти моего деда указано неверно, то нет смысла искать в этом направлении. Глупо тыкать пальцем в небо и надеяться попасть в нужную точку. Стражалковский что-то напутал в своей книге, и мы с тобой не можем это исправить. Надо попытаться попасть на то время, когда приехала полиция. В книге есть указание на точное время?

– Там есть цитаты из протокола осмотра места происшествия, время проставлено.

Но, возможно, Стражалковский и тут ошибся. Ни в чем нельзя быть уверенным. Единожды ошибся – можешь и в другой раз налажать. Но других вариантов я пока не вижу. А ты?

– Я тоже не вижу. Осмотр, насколько мне известно, длился долго, там присутствовало много народу: следователь, оперативники, криминалист, судебный медик, понятые, еще кто-нибудь. Понятые обычно из числа соседей по дому, они могли что-то знать о Пашутине. И все между собой разговаривали.