Посох двуликого Януса

– У тебя есть конкретные соображения? Или ты приехал с истерическим криком: «Мама, что мне делать?»?

Муратов рассмеялся и погладил мать по руке.

– Ты по-прежнему ведешь себя как начальник с нерадивым подчиненным. Никак не отвыкнешь. Хорошо, что я не обидчивый, а то начал бы дуться.

– Ты не обидчивый, потому что я тебя таким воспитала, – улыбнулась Марфа. – Давай ближе к делу.

– Вспомни, пожалуйста, как можно точнее, что тебе рассказывала бабушка про этого Виталия Андреевича. Каждое слово, каждую деталь."

"Это было действительно важно. Тогда, в двадцать шестом году, для Елены, дочери Юрия Константиновича Пашутина, не имело особого значения, откуда взялись и как были заработаны те деньги, которые ей принес и подарил странный человек, представившийся Виталием Андреевичем.

Даже неизвестно, настоящее ли это имя, а фамилию свою он не назвал. Елена и ее муж Виктор использовали неожиданно свалившееся богатство с умом, не стали тратить его на приобретение барахла и расширение жилплощади. Они обратились к опытному финансовому консультанту, удачно вложились в инвестиции, через несколько лет существенно приумножили капитал и построили успешный бизнес. Марфа и ее старший брат Корней выросли, не зная финансовых проблем, образование получали там, где хотели, независимо от того, сколько это стоило. Корней, прирожденный бизнесмен, учился в Англии, там и остался: женился, родил детей, создал собственное дело и процветает. Марфа не питала интереса к бизнесу, способностей в себе не чувствовала, ей больше по душе пришлась политология. Первое образование она получила в России, второе – во Франции, вернулась домой и занялась политической карьерой. Бизнес Елены и Виктора приносил хороший доход. После смерти родителей бизнес продали: Корней не захотел взваливать на себя проблемы в другой стране, у него и в Англии забот хватало, Марфа же понимала, что ни она, ни муж просто не потянут. Ни знаний, ни умений, ни вкуса к этому делу у обоих не было. Когда умер Виктор, отец Марфы, Тимофею было четырнадцать, в год смерти Елены ему исполнилось всего восемнадцать. «Он не потянет, слишком молод, да и деловой жилки нет», – дружно решили родители Тимофея и нашли покупателя. Денег хватало на то, чтобы жить свободно и комфортно. Со временем и сам Тимофей стал неплохо зарабатывать на государственной службе, обзавелся авторитетом и связями.

Осложнения возникли внезапно, хотя их вполне можно было предвидеть. В последнее десятилетие внимание государства в лице Комитета по использованию Тоннеля сосредоточилось на реституции и обращении в доход госбюджета всего того, что было незаконно приватизировано в 1990-е годы.