Запретная. Не остановить

И в этот момент я отчетливо понимаю, что в номере мы с Оксаной не одни.

Гордей стоит при входе с двумя стаканчиками кофе в руках. Наши взгляды наталкиваются один на другой, и я понимаю, он слышал мои последние слова.

Щеки привычно покрываются румянцем, и мне невыносимо сильно хочется сбежать, но тут и Оксана замечает Гордея.

— Оу, — шепчет она, а я хватаюсь за подоконник крепче.

— Привет, — говорит Гордей и медленно подходит к нам. — Держите.

Один стаканчик кофе он передает мне, другой Оксане."

"— Ой, — пищит подруга, — я… мне…

— Бартер, — усмехается Гордей и бросает на нее взгляд, от которого она еще сильнее тушуется.

 — Я тебе кофе, а взамен ты сваливаешь.

— Поняла, — кивает подруга и неосознанно облизывает губы.

Косится на него, затем на меня, и снова на него. А потом пулей вылетает из номера.

Гордей подходит ко мне почти вплотную.

— Значит, это правда? — тихо произносит он.

Нет нужды спрашивать, что он имеет в виду.

Я сглатываю и киваю.

— Да, Гордей. У меня никогда не было другого мужчины. Ты мой первый и единственный.

Самый лучший.

Он притискивается ближе ко мне, зарывается носом в мои волосы.

Его пальцы сжимаются крепче на моих плечах. Я вздыхаю, и он тут же ослабляет хватку.

— Извини. Просто… тяжело справиться с эмоциями.

— Для тебя это… так важно?

Несколько секунд он стоит неподвижно, после чего вдруг отстраняется.

Как-то слишком резко и судорожно, на быстром рваном выдохе.

— Не то, чтобы, — тянет он и пожимает плечами.

По моему позвоночнику сейчас же пробегает холодок.

— Я думала, тебе важно, — говорю я тихо.

— Когда-то раньше. Теперь мне… на это все равно.

Гордей говорит спокойно и вроде бы ничего такого, но мне отчего-то становится до ужаса обидно.

Честно говоря, раз уж так получилось, рассчитывала, что он обрадуется.

Мне вдруг снова начинает казаться, что, несмотря на жаркие, пропитанные страстью и нежностью ночи, я не значу для него ровным счетом ничего.

Осознание, что ему все равно, очень быстро опускает меня с небес на землю, и доказывает, что так, как раньше, между нами уже не будет.

Пора бы зарубить это себе на носу.

Я стараюсь не показать вида, что меня каким-то образом задевает его реакция и его попытка снова сохранять дистанцию.

— Пей кофе, Бельчонок, а то остынет, — говорит Гордей.

Как же меня бесит этот тон. Эти холодные стальные нотки в его голосе.

— Ах, да, кофе, — наигранно бодро восклицаю я. — Как я могла про него забыть. Большое спасибо, Гордей, в следующий раз я тебя угощаю. А пока, что… я бы хотела побыть одна. Ты не мог бы покинуть номер?

— Удачного дня, Бельчонок, — говорит Гордей, и направляется к выходу.

Затопляет скручивает, лишает возможности дышать.