Завороженные

Элвиг смотрела на него вовсе уж завороженно, не в силах глаз оторвать. Медленно направилась к проему."

"Они оказались внутри. Никакого разделения на комнаты — внутренность дома, скорее напоминавшего башню, представляла один-единственный зал немаленьких размеров. На стенах до самого потолка виднелись непонятные каменные выступы, а из вымощенного каменными плитками пола там и сям торчали непонятные стержни, шары, выгнутые полосы — металлические на вид, золотистые, серебристые, черно-матовые, поодиночке и группами. То же самое кое-где торчало из стен, в основном на высоте человеческого роста либо совсем невысоко над полом.

Элвиг хмыкнула. Ее голос прозвучал разочарованно:

— Ничего интересного. Вот это все, — она обвела зал широким жестом, — все эти причиндалы давно известны и неинтересны. И уж тем более не опасны. Тут у них была своя мебель, еще какие-то бытовые приспособления. Мы в них окончательно не разобрались, кажется, эти штуки каким-то образом создавали непонятно из чего все, что необходимо в быту. Ничего теперь из этого не работает. И ни малейшей опасности не представляет — заброшено и мертво… Пойдемте. Скука…

В соседнем строении они обнаружили ту же самую картину — разве что непонятные предметы располагались в других местах, чуточку не в том порядке. И в третьем то же самое, и в четвертом. Сами по себе, Элвиг оказалась права, эти принадлежности древнего быта ни малейшего интереса не представляли.

— Сторри, врунишка… — разочарованно сказала Элвиг, когда они покинули пятое строение, ничем не отличавшееся от ранее обследованных четырех. — Все абсолютно наоборот. Ни единого предмета, как будто специально собрали и унесли. Или… Или здесь задолго до нас успел побывать кто-то смелый и беззастенчивый, аккуратненько подобрал все мало-мальски интересное… А потом порой эти вещички обнаруживаются в задних комнатах иных антикварных лавок…

Они помаленьку продвигались к центру города. Элвиг показала вперед:

— Вон тот домишко мне внушает некоторую надежду. Именно в таких что-то и находят, если находят…

Действительно, здание было не только повыше остальных, но и заметно от них отличалось: не просто круглая башня с зубцами по крыше, к ней с обеих сторон прилеплены два купола (вершина левого зияет неправильных очертаний проломом, напоминая яичную скорлупу, в одном месте пробитую ударом ложечки). И вход, в отличие от прочих, расположен высоко над землей, к нему ведет каменная лестница.

Они достигли первой статуи светло-коричневого цвета. На вид она была вытесана из камня, но работа — великолепнейшая. Она представляла человека, стоящего посреди улицы без какого бы то ни было постамента. Самый обычный человек, средних лет, одетый довольно скромно, с кинжалом в руке.