Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов

– Значит, не показалось, – тихо выдохнул пленник, разом побледнев.

– Выстрелы слышал, – понимающе усмехнулся Елисей. – Правильно. Не показалось. А теперь рассказывай. Кто ты, зачем приехал и почему хотел девушку похитить?

– Я действительно журналист, но иногда выполняю деликатные поручения для некоторых господ, – заговорил неизвестный. – Пусти руку. Больно, – попросил он, чуть пошевелив пальцами отдавленной руки.

– Дальше говори, – приказал Елисей, переставив ногу.

– Меня просили чертежи новой мортиры добыть, но как оказалось, все производство этого оружия контролирует атаман, и подобраться к нему оказалось невозможно.

Я пытался выяснить нужное через тех, кто занимается непосредственно производством, но и там оказалось все плохо. Кто-то очень ловкий разбил весь процесс на части, и всей цепочки рабочие просто не знают. Поэтому я решил продолжить здесь. О том, что изобретатель оружия живет в крепости, я узнал легко.

– Ну, этого никто и не прятал, – хмыкнул Елисей. – А девица-то тут при чем?

– Эта великосветская шлюшка мне вообще не нужна была. От нее требовалось только одно. Приручить тебя и уговорить отдать чертежи.

Разрешил делать все, что сочтет нужным, а эта тупая корова подала сигнал о готовности к отъезду уже через неделю после приезда. Я специально запретил своим людям даже смотреть в ее сторону, чтобы исключить любое подозрение о нашей связи. Дал ей полный карт-бланш, тем более что терять-то ей теперь и нечего, – тут неизвестный гнусно усмехнулся и ехидно подмигнул парню.

– Значит, она с самого начала работала на тебя? – на всякий случай уточнил Елисей.

– Да. Сначала я хотел через нее подобраться к Морозову, но потом, получив это задание, решил воспользоваться ее помощью.

Тем более все так удачно сложилось. Ведь однажды ты уже спас ее.

– И что ты пообещал ей за помощь? – быстро спросил парень.

– Взять с собой в Европу. Ее папаша воспитан в слишком консервативных традициях и требует того же от своих дочерей. А ей это скучно. Девица мечтает блистать в свете, кружить на балах и вообще жить полной жизнью. А ее заставляют заниматься рукоделием и выводят в свет раз в полгода. Вот она и решила избавиться от этой опеки.

– Ребенок у нее твой? – последовал следующий вопрос.

– Не знаю, – презрительно скривился журналист. – Вполне допускаю такую возможность. Девушка весьма непостоянна в своих пристрастиях.

– Это ты врешь, – возмутился комендант.

– Еще один идеалист, – рассмеялся неизвестный. – Да стоило только ей распробовать, как это приятно, и удержать ее стало невозможно.

– Получается, ты узнал, что девица знакома со мной, и заставил ее уговорить отца отправить ее в крепость, чтобы Катерина добыла для тебя чертежи. А после вы должны были уехать за границу.