Завтрашний царь. Том 2
Долгожданное продолжение истории о братьях, начатой романами «Тайный воин» и «Царский витязь»!Второй десяток лет длится зима, постигшая мир после космической катастрофы. Всё свирепее метели, всё беспощаднее морозы, но люди живут, путешествуют, отстаивают каждый свою правду…Линии судеб героев неуклонно указывают на город Шегардай.Сюда прибывает официальный престолонаследник: успешное правление в городе, где когда-то властвовал его отец, должно открыть юноше дорогу к царскому трону. На праздник стекаются самые разные люди, в том числе потешники-скоморохи. Кто заподозрит, что молодой витязь, охраняющий лицедеев, тоже имеет право на державный венец?Хромой раб, творец удивительных песен, решается на побег. За стенами Шегардая у него остались недоделанные дела, неотданные долги…А бесконечными морозными пустошами бегут на лыжах два тайных воина. Они везут на север запечатанное письмо. Быть может, в нём приказ о расправе над семьёй их сгинувшего наставника?
Тот всё так же молча побрёл на неверных ногах, вымеряя свои отходные шаги по земле. Ступенька, ещё ступенька, ещё.
…Лобный, глядный уступ наверху. Всё, дальше нет земного пути. Белёную рубаху без пояса раздувало на тощем теле парусом – в небо лететь.
– Кайся! – кричали снизу. – Ответь, как цариц хаял! Как с разбою жирел!
– Поди, сам ножичка не чурался!
Онтыка взял петлю, надел на певца, поддёрнул под ухо.
Чуть отступил.
Запруженный луг жадно смолк от края до края: в чём повинится?
Скитун истратил прощальные мгновения жизни, чтобы распахнуть руки объятием… и запеть.
Это было в горестный год.Ждал скончанья света народ.Осаждён оплот,Битва у ворот,Дым пожара затянул небосвод…Светела облило морозом. Попевка, слова, голос!.. Всё взмыло вихрем, какого не достигал даже Крыло!
И вот этой-то роскоши нашлась одна только служба? Срамные песни орать, воровских людей тешить?
И вот этого голоса не будет больше на свете?
Угарная удаль чуть не бросила Светела вперёд. «Я царь, мне право!»
Спасти, удержать на земле диво, явленное бросовым, казалось бы, человечишком…
Крепкая пятерня Кербоги сжала плечо. То самое, с легко проступавшими синяками.
Выносное, последнее наголосье звенело отчаянно долго. Скитун вдруг дёрнул кистью руки, и Онтыка что было сил толкнул его в спину.
Так вот на что пошли сребреники, о них ли жалеть.
Певец рухнул вниз и закачался в петле, быстро успокаиваясь.
Эхо голоса блуждало ступенчатыми улицами Изворы.
«А брат спасти его не подоспел…»
Светел оглянулся на скомороха. У Кербоги путались в бороде слёзы.
– Эх, не помиловали, – сказали справа.
– И простить бы дурня миру на радость, – вздохнули слева. – Да кто ж над мораничами властен, кроме царя!
Марнава взошёл на ледяные ступени без понуждения.
– Отрыщь! – пугнул прочь Онтыку.
Сам взял в руки петлю. Оценил крепость верёвки, проверил, легко ли бегает узел.
Оставив балагурить, обвёл поле тяжёлым, звериным взглядом. Стало видно, каков бывал, когда с кистенёчком у поворота сидел.
– Вы, изворские, – раскатился глухой рык, – меня не ловили, не побеждали! Не видать вам моего поклона, валенки, а поклонюсь-ка я сапогам!
И, обратясь к Светелу, отдал малый обычай.
Бестрепетно сунул голову в петлю.
– За Кудаша-батюшку! За Телепеню, брата названого!
И прыжком бросился с ледяного уступа.
Толпа не скоро ожила голосами:
– Каков, а! Верно, проклял бы, когда б не добрый ужин вчерашний.
– Люб молодец и в разбойнике…
– Перекуйте, небесные Кузнецы, худые души на добрые.
– И умерли смело, а всё одно пойдут волкам сытью.
– Как дорожных людей на потраву бросали, так и самих.
– А верёвка счастливая? Верёвку кто заберёт?
– Пошли, ребятище, – сказал Кербога.
















