Завтрашний царь. Том 2
Долгожданное продолжение истории о братьях, начатой романами «Тайный воин» и «Царский витязь»!Второй десяток лет длится зима, постигшая мир после космической катастрофы. Всё свирепее метели, всё беспощаднее морозы, но люди живут, путешествуют, отстаивают каждый свою правду…Линии судеб героев неуклонно указывают на город Шегардай.Сюда прибывает официальный престолонаследник: успешное правление в городе, где когда-то властвовал его отец, должно открыть юноше дорогу к царскому трону. На праздник стекаются самые разные люди, в том числе потешники-скоморохи. Кто заподозрит, что молодой витязь, охраняющий лицедеев, тоже имеет право на державный венец?Хромой раб, творец удивительных песен, решается на побег. За стенами Шегардая у него остались недоделанные дела, неотданные долги…А бесконечными морозными пустошами бегут на лыжах два тайных воина. Они везут на север запечатанное письмо. Быть может, в нём приказ о расправе над семьёй их сгинувшего наставника?
Златовых поезжан и молодых местничей набилось без счёта, сидя, стоя, как повезло. В сенях взвизгнула девка, кого-то выкинули за дверь, но всё быстро стихло.
Ибо посередине мытого пола стояла скамеечка.
То ли царский трон, то ли плаха для казни…
– Простите нас, Мать Земля, Отец Небо и ты, Владычица Справедливая! – начал кровнорождённый. – Сошлись мы к вашей Правде взывать под тёмным земляным кровом, без солнечного пригляда, бегучей водой не умытые, четырьмя ветрами не благословлённые! В сём кривы, да что поделаешь. Многие обычаи покинула Андархайна, но от закона не отбежала. Встаньте передо мной, тяжущиеся!
Светел с новожиличем вышли и преклонили колено, признавая право Злата судить. Оба осунувшиеся, натянутые, красноглазые от недосыпа.
– Да услышат выси небесные, глуби земные, буйные воздухи и негасимый огонь, – продолжал Коршакович. – И вы слушайте, люди, несущие память земную. Вот перед вами истец, рекомый Светелом Незамайкой, витязем из Царской дружины. Утверждаешь ли, Светел, будто тебе обещали и не исполнили?
– Утверждаю.
– Вот ответчик, рекомый… где Петеряга?
Тот в ожидании песенного поединка успел почти потеряться. Его вытолкнули вперёд.
– Утверждаю, – брякнул он невпопад.
Взлетел смех, позоряне ожили, вспомнили: речи молодого купца суть всего лишь предлог к весёлому действу. Начин скоморошины. Отнюдь не царский суд в объезде земель.
Один Злат остался невозмутим.
– Ты, Паратка-наймит, заступишь ли место ответчика, отрицая вину?
– Заступлю.
– Добро. Подите жеребьи метать.
Первым седлать скамью досталось Паратке. Пока Светел гадал, хорошо это или плохо, новожилич отправил в печь масляную лепёшку:
– Прими, государыня, ибо за мной правда.
Согрел перед устьем ладони. Вышел в середину, неся длинношеий уд наперевес, словно боевое копьё.
…Заигрыш он всё-таки смазал. Пальцы дрогнули от волнения, упустили струну. Светел чуть не охнул вместе с гудилой, но парень совладал. Стиснул зубы, выправился. Стройными трезвучьями очертил голосницу. Чуть кашлянул – и повёл. Уверенно, гордо.
Мы придём к последней реке,Кто пораньше, кто погодя,И услышим, как вдалекеРатным кличем степи гудят.Это те, что приняли смерть,Не отдав победы врагу!Сможешь им в глаза посмотреть,Стоя на святом берегу?«Враги? Победы? – вслушался Светел. – Опять про Ойдригов полк? Или про войны хасинские?»
А голосница в песне ладная удалась. Влипчивая. Народ её легко подхватил. Иные подтягивали, подгукивали голосами.