Жечь мосты и грабить корованы
Бывалый геймер Виталик с головой погружается в компьютерную ролевую игру «Врата Барана».Все диалоги здесь генерирует нейросеть, а игроку предоставляется широкая свобода действий. Можно героически спасать мир или заниматься делами куда более прозаичными. Главное — не забывать об осторожности, ведь при смерти персонажа все сохранения удаляются, а прокачка нового героя — процесс весьма трудоёмкий.Пройти всю игру, не умирая, практически невозможно. При этом действия погибших персонажей существенно влияют на новую игровую сессию. Всё, что вы сделайте, может быть использовано против ваших будущих альтер-эго…Сложности добавляет мама Виталика, постоянно упрекающая сына в чрезмерном увлечении играми. Мол, пора бы съехать с её квартиры, найти девушку, пахать на трёх работах и прочий мамуллинг.Но Виталик не из тех, кто пасует перед трудностями. Будучи представителем нового высшего вида приматов homo sapiens ludens — человек разумный играющий — он не остановится, пока не пройдёт игру до конца.
Он даже запоздало пожалел, что пропустил битву: не потому, что оплакивал судьбу своих братьев, а потому что ему было интересно, каким образом монахи вообще сумели одолеть двух драконов? Уж что-что, а бой с этими монстрами они на тренировках не отрабатывали.
«Кстати, да, реально, как я должен голыми руками таких чудищ мочить?» — бродя по руинам Шакалиня, Виталик обдумывал внезапно ставшую актуальной проблему. — «Им мои удары, что комариные укусы слону. Не поборешься при такой разнице в массе. Разве что, используя акробатику, допрыгнуть до каких-нибудь болевых точек. Но где они у дракона? Кроме глаз, ничего на ум не приходит».
Фуфуция он нашёл практически на самом краю плато, на котором стоял монастырь. Наставник сидел со скрещёнными ногами прямо на скалах и задумчиво смотрел на закат. Подойдя ближе, Виталик увидел, что одежды наставника были изодраны, в нескольких местах на теле виднелись глубокие раны.
— Виталийсан, твою наискось! — постарался произнести бодрым голосом мастер. Однако усталости в его тоне было куда больше гонора. — Я уж думал, так и помру, не успев сказать прощального слова.
«Ну да, предсмертная болтовня — шаблон, который нельзя не использовать», — хмыкнул скептически настроенный геймер. — «Ну давай, расскажи мне про предательство, мою великую миссию, бла-бла-бла».
— Виталийсан, ты хороший боец, но, уж прости за мою прямоту, идиот. Тебя не волнует ничего, кроме этой, как там её, прокачки ради прокачки. Ты слишком зациклен на силе, и это может тебя в конце концов погубить, — Фуфуций кисло улыбнулся ученику. — Живи текущим мгновением, не думай всё время, как бы ещё улучшить свои навыки боя. Наслаждайся путём, он важнее конечной цели твоего путешествия.
— У монаха нет цели, только путь, — чуть-чуть перефразировал свою любимую мантру геймер, — это я и так знаю. Мастер, лучше скажи…
Фуфуций резким жестом прервал вопрос прошедшего финальный экзамен, но так и не постигшего по-настоящему Хрен гнома.
— Нет, Виталийсан, я не буду больше ничего тебе объяснять. Не стану ограничивать твою свободу выбора необходимостью отмщения. Нашего дома больше не существует, монастыря Шакалинь теперь нет. Мне больше земной приют не понадобится, — старый наставник снова одарил его грустной ухмылкой, — а твой дом теперь целый мир. Иди же, познай через него свой дух воина. Ибо только забив на всё хрен, ты обретёшь покой в Хрене. Прощай, мой ученик. До свидания.
Виталийсан некоторое время постоял, ожидая смерти или новых речей от наставника, но Фуфуций просто молча сидел, наслаждаясь закатом.
«Н-да, настолько глубокий старец, что ему даже не нужно идти к реке», — Виталик немного завидовал умиротворённости мастера. — «Но мне идти нужно. Караваны сами себя не ограбят, а мосты не подожгут».
