Жечь мосты и грабить корованы

Даже Косоглаз — о великое чудо! — иногда попадал из лука по кому-то из нежити. А вот Криворучкину не удалось повторить подвиг товарища: попытавшись раскрутить пращу в ограниченном пространстве, он треснул по лбу Бомжака, затем выбил зуб барду, чуть не укокошил Рыжеборода со Срулью… Последние два доходчиво объяснили «пращнику», где они видели его пращу — Клизмазар такой подход всецело одобрил.

Искатели приключений медленно, но верно продвигались вперёд, устилая лестницу грудами «мёртвых трупов». Да, именно мёртвых трупов, как бы странно это ни звучало вне контекста. И только когда Виталику стало казаться, что это самая лёгкая битва за время игры, появились они. Старые знакомцы. Калкаш и Сосисий. Вернее, их оживлённые магией оболочки, стоящие на плечах нежити.

— Ты не пройдёшь! — крикнул Сосисий, обращаясь, по всей видимости, к рослому Многокашиелу.

В следующий миг теснимые драконоборцами зомби буквально вросли в пол, образовав тем самым «живую стену из нежити». И на сей раз каламбур Виталику смешным не казался. Братство Конца застряло на узкой лестнице, не в силах продвинуться ни на шаг дальше.

— Отведайте кислые щи, — усмехнулся Калкаш, начав бросать в искателей приключений кислотные стрелы.

Щиты Многокашиела и Долбодора спасли от верной смерти товарищей, но на глазах превратились в разъеденное кислотой решето. Специализирующийся на магии земли Начхун возвёл несколько барьеров из сталагмитов, выросших из ступеней лестницы, но и эти наросты оказались уязвимы для снарядов Калкаша. Нужно было срочно переходить в контратаку.

Магистр Хомка на сей раз оказался бессилен: его огненные шары поглощались волшебными щитами Сосисия, который, как помнил Виталик, и при жизни играючи сдерживал фаерболы пироманта Витюхи. Летящие куда попало стрелы Косоглаза также увязали в призрачных щитах недорослика, застывая на несколько секунд в воздухе, а затем медленно опускаясь в толпу нежити. Каковая толпа хоть и застыла на месте, но продолжала тянуть свои руки и атаковать плоть живую. Надежда оставалась только на геймера.

Не придумав ничего лучшего, Виталийсан переломал загребущие руки ближайшего мертвяка, а затем ловко взобрался тому прямо на голову. Перед ним колыхалось целое море, вернее, река живых мертвецов, плавно уходящая вниз по лестнице. Зрелище жутковатое, но монаха интересовали только головы безмозглых созданий, по которым он принялся прыгать, словно те были вбитыми в дно реки сваями. Зомбяки взревели от такой наглости, всячески пытаясь сбросить, укусить или схватить гнома за ноги, поэтому Виталийсан не мог остановиться ни на секунду, постоянно перескакивая с одной башки на другую.