Женимся! Семья за одну ночь

Разумеется, потом мы бы отменили покупку, но…

Высоцкий позвонил Маруське, коротко спросил: «Это красиво?». Когда она с придыханием ответила: «О-о-огонь», - без лишних слов подтвердил перевод.

Из бутика я вышла с отвисшей челюстью и платьишком стоимостью в мою годовую зарплату.

Кто кого переиграл?

Если так пойдет и дальше, то я попаду к моему непредсказуемому муженьку в пожизненное рабство. Впрочем, я и так там, пока не избавлюсь от штампа в паспорте.

Иначе почему я сейчас послушно спускаюсь по лестнице к Высоцкому, при полном параде ожидающему меня в гостиной?

Не хочу, но перебираю ватными ногами по ступенькам, нервно одергивая изумрудное платье-футляр, подчеркивающее фигуру и доходящее мне до колена.

Остановившись напротив невозмутимого, равнодушного супруга, машинально поправляю декольте в форме сердца, что визуально увеличивает мое самое слабое место - грудь, делая ее соблазнительнее. Точнее, так должно быть в идеале, а как выглядит по факту – не знаю. Судя по оценивающему взгляду Олега и его фирменному излому брови, мне в принципе ничего не поможет.

- Недоволен? – дерзко и смело бросаю, хотя в глубине души мне обидно.

В последний раз я такой красивой на выпускном была, а потом вернулась в образ пацанки и по сей день из него не выходила.

Высоцкий неторопливо скользит взглядом от ложбинки моей груди к оголенным ключицам, ползет вверх по шее, которая из-за глубокого выреза и короткой стрижки кажется лебединой, и поднимается к лицу. Хмыкает с легким налетом растерянности и удивления, расстегивает пуговицу на воротнике рубашки, тяжело сглатывает и…

- Ты не замерзнешь? – выдает после паузы. Голос приглушенный, но ровный.

На замороженном лице ни грамма эмоций.

От неожиданности хватаю ртом воздух.

И это все?

- М? – мычу озадаченно.

Мог бы ради приличия похвалить, сухарь! От возмущения ни одной колкости в голову не лезет, поэтому затихаю и хлопаю ресницами. Молчит и он, продолжая изучать меня.

Не знаю, как долго мы могли бы стоять друг напротив друга, как два высоковольтных столба, и перестреливаться взглядами-молниями, если бы не Маруська.

- Папуль, ну! Как тебе? – подлетает к нам. Звонкая, счастливая и до умиления очаровательная.

– Мы же шикарные, скажи? – ловко разводит папу на комплимент.

Радостно крутится на месте, демонстрируя воздушное, нежное персиковое платье, и юбка-солнце вращается вокруг ее талии. Кудряшки подпрыгивают в такт движениям. Остановившись, маленькая красавица выставляет ножку и с озорством подмигивает нам.

- Принцесса, - расплывается в улыбке Высоцкий, любуясь дочерью. Покосившись в мою сторону и осознав, что все это время нагло меня игнорирует, он меняется в лице. Откашливается в кулак.