Золотое пепелище

– В каком это аспекте?

– А я, представьте, вам помогать не собираюсь. Вижу, что вы вполне способны осилить эту задачу самостоятельно.

– Это почему ж?

– Потому что пришли к правильному выводу о том, что была имитация самоубийства. И даже, насколько я могу судить, знаете, кто его сымитировал.

Сначала до Саши не дошло, но потом, когда первые крупицы информации внедрились и освоились в мозгу, он встрепенулся:

– Погодите, Леонид Моисеевич. Вы хотите сказать, что знаете, кто тот самый наводчик, который указал этим двум на дачку Каяшевых?

– Полагаю, что да, – самым светским образом отозвался старый адвокат. – Более того, скажу, что и вы его знаете.

– Так, может, по старой памяти и мне скажете? – снова съязвил Чередников.

Беленький, улыбнувшись, откинулся на спинку скамейки, постучал драгоценным кольцом о совиную голову – набалдашник своей трости – и решительно заявил:

– Что вы, дорогой мой, такое преступление я не совершу. Я вижу свою задачу в данном, в вашем то есть, случае как педагогическую. Я желаю, чтобы вы сами родили правильный ответ.

Подумав, Шурик заметил:

– В таком случае следует предположить, что у вас имеются некие родовспомогательные инструменты.

– С этим трудно, – признался адвокат. – Нет никакого желания подменять собой следственные органы. Задавать глупые вопросы – это оскорблять ваши неплохие мозги, задавать прямые – уничтожить всю интригу.

– Так попробуйте задать сложные, – невинно предложил Саша.

– А сложных вопросов тут и нет. Все ведь просто, как яйцо, – заверил Беленький, – для меня, конечно.

Чередников покосился: разумеется, старик не хвастался. Ему вот уже лет двадцать не надо доказывать свою исключительность. Адвокат снова улыбнулся, произнес негромко, ободряюще:

– В данном случае, дорогой Саша, вам нужно задействовать свою прекрасную интуицию, подвести под ее основание известные вам факты – и сложить два плюс два. Ответьте себе на один вопрос: кому выгодно? А можете сначала подумать: почему, по каким причинам вы здесь."

"Саша послушно подумал, прокручивая в голове все события, детали, моменты, которые отпечатались в мозгу каленым железом, с того самого мгновения, когда только зародилось в голове подозрение о том, что это был не простой пожар. Снова, как в первый раз, вглядывался в лица людей, с которыми пришлось иметь дело в этой связи. Сами по себе всплывали в памяти сотни, тысячи сказанных, написанных, задуманных, но не произнесенных слов.

Кому выгодно? Кому же?

Адвокат откровенно наблюдал за ним. И на лице проступало обидное разочарование, как будто исследователь-кладоискатель влез в некий тайник, шарит в нем дрожащими руками, а натыкается лишь на пыль и мышиный помет.