Беги, ведьмочка, беги

К тому моменту, как по мраморным плитам раздались шаги Урласа, он уже невозмутимо сидел в кресле, оказавшемся на своем месте…

***Глядя на брата, Урлас лишний раз удостоверился, что с Олихом происходит что-то не нормальное.

Нужно будет с утра пораньше на жертвенном камне провести обряд и проверить, не угрожает ли что-либо его брату. И что, вообще, происходит? Будучи сводными братьями по матери, они были более близки друг другу, чем кто-либо еще. Урлас не раз выручал брата с помощью своей магии, Олих же не единожды оказывал и ему помощь силой и мощью драконьей.

Вот и сейчас он предчувствовал, что придется пустить в ход свои магические таланты. Сила его рода исходила еще из тех далеких времен, когда в одном и том же мире жили и демоны, и люди, и прочие мистические существа. Намекая на далекое родство с демонами, люди окрестили их род слугами демоновыми, кое-кто и вовсе утверждал, что они и есть те самые темные исчадия ада. Это, конечно же, было не правда.

Но призвать на помощь мощную магию, убить с ее помощью или же вылечить, они умели. Равно как открыть портал в другие земли или миры, или попросту заглянуть в будущее. Но для этого требовалась специальный обряд, забиравший много сил. А у тех, кто был послабее, и несколько лет жизни. Так что Урлас редко прибегал к этому действу. Но ради брата был готов пожертвовать годом-другим.

Тихо скрипнула калитка, тревожно вспорхнула с куста ночная птаха. Глядя на домик, приветственно светившийся окнами, он попытался представить себе ведьмочку. Но почему-то его тянуло не в дом, а левее, в сад.

Он, повинуясь своей интуиции, свернул налево. Шел медленно и осторожно, присматриваясь и прислушиваясь к своим ощущениям. Отвел в сторону ветку и молча остановился. На небольшой скамейке, приютившейся у розового куста, свернувшись калачиком, спала ведьма. Волосы разметались по скамье, несколько прядей коснулись земли. Стараясь не шуметь, подошел поближе, присел рядом на корточки. Провел ладонью по высокой скуле, по закрытым векам. Подушечкой большого пальца провел по ее пухлым губам. Странно. Он еще помнил, как вопреки своему желанию, она вспыхивала при малейшем прикосновении. Злилась, фыркала, но возбуждалась. А сейчас лежит и совершенно не реагирует на его прикосновения. Только легкое дыхание и подтверждает, что она еще жива. Осторожно приложил руку к жилке на шее. Бьется. Жива. Так крепко спит? Неужели? Осторожно вынул одну ее руку из-под щеки, расстегнул и отодвинул ворот платья. Небольшие тугие грудки отсвечивали перламутром под лунным светом.

Приблизился и поцеловал сначала одну, затем другую грудь. Лизнул. Втянул в рот, еще сильнее, прикусил. Девушка лишь устало поморщилась и, оттолкнув его, вновь скрутилась калачиком.