Белые искры снега

И пусть твоя доченька мне по документам хоть кто, хоть дочь, хоть сын, но для меня она никто. Чужая. Бастард. И мои родные дети вынуждены жить с этой мерзавкой под одной крышей. Вынуждены считать это отродье своей сестрой! – Голос женщины звенел от праведного негодования и обиды, переросшей в глубокую нелюбовь. – Я не собираюсь ломать комедию в обществе, называя ее доченькой. Достаточно уже я изображала шута.

– Все решено. Выйди, – в равнодушном голосе прорезался вдруг металл. – Поговорим, когда успокоишься.

– Леша.

– Выйди. Оставь меня одного.

– Как хочешь! Как же все отвратительно!

Я успела убежать от кабинета отца до того, как распахнулась дверь, и из нее вылетала разъяренная Рита, моя мачеха.

Она редко давала волю эмоциям, и эта истерика была, скорее, исключением из правила, а не наоборот. Отец же так и остался в своем кабинете, как и всегда, занимаясь своими делами.

А небо за окном напротив лестницы, на которой я пряталась, слыша их с отцом разговор, до сих пор сохранилось в моей памяти. Спокойное, вечернее, с желтыми прожилками и алыми разводами. Тогда я точно поняла, что лишняя в этой семье.

На открытие парка я все же поехала вместе с отцом, мачехой и двумя сестрами – полный комплект Золушки, только вместо фамильного замка – трехэтажный благородный особняк со строгим неброским фасадом, зимним садом и охраной. Только такой же доброй и терпеливой, как Золушка, я не была. Я не устраивала истерик, не рыдала, молчала, смотрела исподлобья на обидчиков и делала все по-своему, раздражая Риту и беся сестричек.

И на открытии парка, на людях мы все играли свои роли. Отец казался любящим и главой семьи, мачеха – заботливой матерью, а я – воспитанной дочерью и доброй сестрой.

А через две недели меня отправили учиться в закрытый пансионат, в котором я провела пару лет, приезжая домой только на каникулы.

* * *Я не сразу заметила, что автобус заехал на заснеженную и огражденную территорию парка, и как только мы вышли на улицу, вихрь событий подхватил нас и понес сквозь довольно-таки приличную уже толпу в модное здание – сплошь стекло и бетон – совершенно невообразимой конструкции, чем-то напоминающее здоровую космическую тарелку с приоткрытым люком, таинственным образом приземлившуюся между рекой и вековым лесом.

Мы оставили вещи в гардеробе, зарегистрировались в нарядном холле, там же получили ценные указания и узнали, где располагаются наши места, а после прошли в огромный, ярко освещенный банкетный зал, в котором стояло множество изящных круглых столиков, с расставленными вокруг них не менее прелестными стульями с высокой спинкой. В конце зала располагалась небольшая сцена – видимо, на ней и будут награждать победителей.