«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

На это способен не каждый солдат, но несколько эсэсовцев, выполняя приказ, спрыгнули на землю, держа под мышками «фаустпатроны».

Полицаи, бросившие свою пушку, бежали в сторону леса, однако навстречу вывернулась машина лейтенанта Зацепина. Это было страшное для них зрелище. Не расстрел безоружных крестьян, а непонятный танк с массивным орудием, мчавшийся прямо на полицаев, от которого не было спасения.

Двигатель ревел на полном газу, мелькали блестящие звенья гусениц. Бронированная машина, казавшаяся громадиной, догоняла полицаев. В открытой рубке стоял советский офицер в танкошлеме и целился из автомата.

Попасть в бежавших полицаев при такой тряске было трудно, но лейтенант Зацепин свалил очередью одного из них. Второй поднял руки, но удар корпуса подмял его, встряхнув самоходку, словно она налетела на пень.

Двое полицаев добежали до деревьев, их догнал бывший старший лейтенант. Эсэсовцы с «фаустпатронами» целились в самоходку. Александр Зацепин уже приобрел достаточный опыт и не рискнул приближаться к зарослям.

С расстояния восьмидесяти шагов наводчик его машины выпустил осколочный снаряд. Кто-то из эсэсовцев был убит, другие оглушены взрывом. Все же они успели выстрелить. Две кумулятивные мины взорвались огненными клубками, не долетев до самоходки.

Вспыхнула трава, кустарник, горели как свечки мелкие березы и осины. Механик сдал «сушку» назад, а наводчик выпустил еще один снаряд. Взрыв подбросил исковерканное тело эсэсовца, а его напарник, приходя в себя от грохота, заметил полицая, бросившего пушку.

– Трусов вешают! – выкрикнул он. – Ты мог подбить русскую «штугу», но сбежал.

Прежде чем бывший старший лейтенант успел что-то сказать в свое оправдание, эсэсовец выстрелил ему в голову из штурмовой винтовки. Двое других полицаев попятились, но эсэсовцу было уже не до них. Русская самоходка шла прямиком на их группу.

Один из карателей поднял «фаустпатрон», но снаряд взорвался неподалеку. Бежали, стреляя на ходу, десантники. С другой стороны приближался колесный бронетранспортер, сверкали вспышки двух его пулеметов.

Партизаны не зря предупреждали, что каратели, особенно эсэсовцы, будут драться упорно и оружие у них сильное.

На пути «скаута» оказалась «полуторка». Пулеметные трассы подожгли грузовик. Шофер упал рядом с машиной. Командир полицейского взвода знал, что пощады не ждать.

Полтора десятка его подчиненных открыли огонь из винтовок и ручного пулемета. У взводного, который тоже когда-то служил в Красной армии, не было «фаустпатрона». Эсэсовцы не доверяли им новое оружие, которое считалось секретным."

"Но у командира полицейского взвода имелось в запасе достаточно ненависти. Он имел хороший дом, молодую жену и двухлетнего сына.