Черный меч царя Кощея

Вопрос, конечно, как мне теперь их двоих на своём горбу из замка вытаскивать? Понятно, что по одной, что не обеих сразу, но всё равно — как? Дороги я не знаю, посох не брошу, а оставить их тут даже в связанном виде — это начинай всё с начала. Они сговорятся и выберутся, а мне ещё и засаду устроят за то, что я их замуж не пускаю."

"— Ну ладно Маняша, девушка простая, вниманием не избалованная, ей голову задурить — плёвое дело, — продолжал рассуждать я, маршируя по комнате от одной пленницы к другой. — Но Яга-то! Эффектная женщина, умная, образованная, с огромным жизненным опытом, и вот так поддаться на дешёвые чары фон Дракхена?! Ладно бы она не знала, какой это гад! Так ведь вместе против него пошли, и она сама… сама…

Я замер, уставившись на дуло европейского мушкета, смотревшее на меня из дверного проёма. Сам мушкет, как вы уже поняли, держала в полных ручках личная бесовка Змея Горыныча. Василиса дунула себе под нос, сдувая свесившуюся прядку волос, и холодно попросила:

— Руки вверх!

— И вам здравствуйте, Василиса, как вас там по батюшке, Никодимовна? — устало выдохнул я. — Не могли бы вы зайти попозже? У меня тут пока куча дел.

— Верю, — ни капли не удивилась она. — А в чём именно проблема?

— Весеннее обострение.

— Так ведь осень на дворе.

— А этим двум белкам-невестам всё равно! Да опустите вы это дурацкое ружьё! Хотели бы выстрелить, так давно бы пальнули.

— И то верно. — Василиса опустила тяжело стукнувший прикладом об пол мушкет и прислонила его к стене. — Опять нас кривая дорожка свела, Никита Иванович…

— Можно сразу к делу?

— К какому? — чуть покраснела она. — Ты ж вроде женат ещё, да и я не из тех, кого только пальчиком помани…

— Вот упала шишка прямо мишке в лоб, — чтобы не выругаться матом при трёх девушках сразу, чётко продекламировал я. — Стишок. Помогает переключиться. А то нервы, стресс, нагрузка на сердце и всё такое… Какого хренодёра ростовского вы все тут только об этом и думаете?!

— Ты ж сам намекнул — сразу к делу…

— Нет, мать вашу, милую проказницу, я имел в виду другое дело! Не моё, а ваше! Что вы от меня хотите? Зачем сюда пришли? Почему не стреляли? Отвечайте быстро и по существу!

Василиса Премудрая попятилась под моим напором и опустила глаза. Её нижняя губа выпятилась, как у обиженной первоклашки…

— Чё орать-то сразу? Я уж часа два за вами слежу. Как дьяка встретили, как чету царскую освободили, как их с волком Митей домой отправили. Не волнуйтесь, уже внизу они, по трубе скатились, пошли избушку искать.

— Спасибо.

— Пожалуйста. — Толстая царевна хлюпнула носиком. — Горыныч супругу вашу в небеса кататься повёз. Слетают галопом по Европам, покажет ей там всякое, города заморские, диковинки чудесные, а уж как вернутся, так она ему сама на шею вешаться станет.