Чувства наизнанку

Никогда, слышите?

И пока я потрясенно мандражирую на своем стуле, совещание подходит к концу, а коллеги гуськом тянутся на выход друг за другом. И только я мешкаю, и торопливо следую за ними самой последней, но неожиданно врастаю в пол от голоса начальника, обращенного ко мне.

— От кого цветы?

— Простите? — недоуменно гляжу я на него.

— От Стасички? — ухмыляется и поднимает на меня глаза, полные бесконечного недовольства.

— Не могу понять вашего настойчивого интереса, Марк Германович, — вопросительно приподнимаю брови и пожимаю плечами, не в силах разгадать его шарады.

— Свободна, — отмахивается вдруг тот, и я пулей вылетаю из переговорной, притормаживая только возле своего стола.

А там принимаюсь выискивать среди прекрасных бутонов карточку отправителя. И нахожу ее!

Стремительно разворачиваю и почти в голос чертыхаюсь. Вот же… а-р-р-р!!!

«Передавай привет Хану, дорогая! И, да, скушай шоколадку, поднимай концентрацию эндорфинов в крови, цвети и пахни назло этому кобелю. Целую, Арина».

Звезде-е-ец!!!

ТаняРухнула в кресло и устало прикрыла глаза.

Ну, что за жизнь? Босс без тормозов, так еще и друзья садисты. Мне же с этим тираном еще работать надо было дальше почти целый год, а они воду мутят. Эх…

Не выдержала, взяла в руки телефон и набрала Толмацкой:

— Если ты звонишь меня поблагодарить, то не стоит, — довольная, как слон, тянет в трубку подруга, а я только закатываю глаза.

— Ну вот нафига, Ариш?

— По мне так славный пистончик для Марка Гадовича не помешает, чтобы знал, что нашу Таню есть кому защитить, — поучительным тоном, словно учительница, вещала девушка.

— Уж не знаю, каков был план, но пистончик только что прилетел мне, а не ему, — недовольно буркнула я и покосилась в сторону кабинета начальника.

— Ой, как славно, — рассмеялась в трубку подруга и я усомнилась в ее психическом здоровье.

— Больше так не делай, — прервала я ее неоправданное веселье.

— Хорошо. Я — не буду!

— Э-э-э…

— Все, пока-пока, Танюш, — и отключилась, паразитка такая.

А я только затравленно втянула голову в плечи и оглянулась по сторонам. Благо, что никто не обращал на меня внимания, да и отдел наш был в большинстве своем молодой. Цветы — на столе у девушки далеко не редкость. Вот и я сильно не отсвечивала.

Но под конец дня так эмоционально вымоталась, что все-таки открыла коробку с конфетами и взяла себе одну, тут же закидывая ее в рот. И даже глаза закрыла от блаженства.

Это было божественно — молочный шоколад, нежнейшее пралине и марципан. Да, концентрация эндорфинов в крови резко подросла. Сейчас съем еще одну и вообще хорошо будет.

Но стоило мне только открыть глаза, как я тут же встретилась с предельно недовольным взглядом Хана.