Дерзишь, темненькая моя?

Если Этьер прознает, что ты начала распродавать гардероб, это будет скандал. Жеан же вообще лекцию прочитает о том, что ты не беспризорница, и кусок хлеба и прочие мелочи они тебе обеспечить смогут. Ты же не посторонний человек. Но я знаю, как это стыдно – зависеть от других. Так что хорошая эта идея – сдать вещи в комиссионку. У меня самой с десяток платьев новых найдется, которые перепродать можно было бы.

– Вот, – я гордо подняла палец вверх, – знала, что ты меня поймешь.

– Конечно, пойму, ты же мне что сестра родная. Ну, давай, иди быстрее, а то мужчины увидят и обеим нам места мало будет, – громко шепнула Малика и прикрыла входную дверь.

Поправив застежку плаща, я подскочила с земли и отправилась со своим на сегодня верным спутником – чемоданом, к воротам, ведущим на улочку. К счастью, тут рядом стоянка двуколок, так, что не придется бегать и искать транспорт. Прошагав по аллейке, вышла к дороге и по-мужицки свистнула, засунув два пальца в рот. Звук вышел отменным. Обернулись все, но это ладно, главное – возница услыхал и, заскочив в повозку, направил лошадку в мою сторону.

Знаю, что свист как бы ни красит леди, но на столичных улицах можно бесконечно долго изящно махать в воздухе ажурной перчаткой и так и не дождаться экипажа. А вот свист – это метод проверенный, а кому неприлично – тот пусть и дальше стоит и мерзнет в ожидании неуловимой двуколки или плетется пешком. А вот мой транспорт уже летел ко мне, не жалея колес и подков.

– Куда изволите, госпожа? – придержав коня, возница экипажа внимательно оглядел сначала меня потом мой чемодан.

– В комиссионку госпоже нужно, у нее места в гардеробной не осталось, – мужик понятливо усмехнулся. – За багаж плата отдельно, – пробасил он.

– Идет, – легко согласилась я и покосилась сначала на возницу, а потом на свою поклажу.

Мужчина оказался кавалером. Спрыгнув с козел, он легко закинул мой чемодан в двуколку и подал руку, чтобы мне было легче запрыгнуть наверх. Премило улыбнувшись в ответ, я устроилась на мягком сидении удобнее. Любила я, когда в отношении меня проявляли галантность. Сразу такой женственной и ранимой себя ощущаешь. Так и хочется томно вздохнуть и стрельнуть глазками. Жаль, что прицельный огонь своей обворожительностью вести не по кому.

Двуколка тронулась.

Проезжая мимо выложенных из резного камня домов, магазинчиков и таверн, я невольно задерживала взгляд на гуляющих парочках. Счастливые лица, искрящиеся любовью. Как же я ненавидела их в этот момент. Понимала, что не виноваты они в моих несчастьях, но черный дар ведьмы неистовствовал и рвался кому-нибудь сделать пакость. Чтобы не одна я мучилась.

С неба посыпались мелкие хлопья снега. Улыбнувшись, я протянула руку и поймала пару снежинок.