Дети белой богини

Перед глаза­ми мелькнула яркая вспышка света, потом все потемнело, и только спустя какое-то время нача­ли проступать контуры предметов. Вот уже кото­рый день вместо завтрака- сигарета. Надо с этим кончать. По счастью, пачка оказалась пустой и, затолкав ее в мусорное ведро, Александр вздох­нул с облегчением: с этим покончено, надо про­явить силу воли.

Заваривая чай, вспоминал вчерашний разго­вор с Аглаей Серафимовной. Слова «город дос­танется ему» сказаны неспроста. После отъезда нынешнего мэра местные воротилы поделят его между собой. Горанин, видимо, устраивает всех, ибо ни к какой партии не примыкает. Он словно бы над всеми, и он - закон. Жители его любят. Это главное. Красивое лицо Германа будет хоро­шо смотреться на афишах! Мэр досрочно уходит в отставку, выставляет свою кандидатуру на вы­борах в Думу. Его поддержат, помогут и из Мос­квы, и местные. Потом будут выборы нового мэра. Остановит Горанина только одно: уголовное дело, которое может быть возбуждено с подачи Аглаи Серафимовны. Но почему она не хочет отдать Гер­ману город? Не проще ли было бы вступить в аль­янс, выдать за него единственную дочь и сохра­нить свое влияние в N?

Нет, не хочет она пускать в N корни. И ввести . Германа в свою семью не хочет тоже. Герман бо­ится ее, а она боится Германа. Все-таки Завьялов не мог поверить, что Герман решился на убий­ство. Она врет. Не такой человек Горанин. Быть может, той ночью он преспокойно спал в своей теплой постели и носа не высовывал из дома?"

"Надо идти к Вере. Ах, Вера-Верочка! Хоро­шенькая лаборантка, чьи каблучки выбивали дробь в гулких школьных коридорах так, что дух захватывало! Коротенькая юбочка, модная стриж­ка, подведенные черным карандашиком глаза... Ученики старших классов провожали тебя жад­ными взглядами, чувствуя, что идет Женщина. Сейчас ее не узнал, за прошедшие двадцать лет Вера сильно изменилась. Где лукавый блеск ка­рих глаз? Где модная стрижка и каблучки?.. Но Герман видит в ней все ту же Верочку. Не замеча­ет морщинок вокруг глаз, поблекшей кожи, ран­ней седины и усталого взгляда. Ведь это самая преданная ему женщина.

...В конце ноября темнело рано. Погода в этом году то и дело преподносила сюрпризы. Днем плюсовая температура, по ночам - легкий моро­зец. Город превращался в огромный каток. Вот и сегодня с утра пошел дождь, лед на дорогах на­чал таять. Справедливо рассудив, что в воскресе­нье женщины до полудня будут делать на рынке покупки, к Вере Васильевне отправился во вто­рой половине дня. На лестничной площадке, глу­ховатый Зява услышал отчаянный детский плач. Маленький Герман надрывался в крике. Ох, и го­лосист мальчишка!

Осторожно постучал в дверь и стал ждать. Открыла ему сама Вера Васильевна.