Покер с акулой

Бедный мужик отбивается, кричит:

– Отпустите, сейчас утка позвонит в полвосьмого!..

Но никто ему не поверил, а ведь он твердил святую правду. И слон сидел, и утка звонила…

В отделении меня затолкали в пустой обезьянник. Минуты текли томительно, наконец в конце коридора раздался раздраженный Катин голос:

– Немедленно отдавайте Лампу.

– Мы не брали у вас никакой лампы, – отвечал мужчина.

– Евлампию отпускайте, – велела Катя.

– Но она была без документов, в грязном костюме, с мешком посуды, да еще в квартире с неотключенной сигнализацией, – оправдывался некто, гремя ключами.

– Безобразие, – выкрикивала Катерина, – по-вашему выходит, ей следовало на кухне в бальном платье топтаться!

– Ну документов-то нет, – продолжал оправдываться мужик.

Дверь распахнулась, Катерина влетела в холодную комнату и, увидев меня сидящей на полу в углу, всплеснула руками:

– Ну не свиньи ли! Даже стула нет! У вас что, люди вот так и проводят время в грязи?"

"Милиционер хмыкнул, но ничего не сказал. Я кряхтя поднялась на ноги и примирительно заметила:

– Ладно, не кипятись, они выполняли свой долг, а если бы и впрямь воровка попалась?

– Уж больно ты добрая, – шипела Катерина, волоча меня за руку по коридору.

Возле дежурного она притормозила и велела:

– А ну быстро доставайте машину! Привезли сюда ни в чем не повинного человека зимой в одном тонюсеньком костюме, как она теперь домой пойдет, по морозу, голая!

Дежурный поднял голову и вежливо сказал:

– Ну, положим, я никого не привозил, а машин нет.

– Черт-те что, – продолжала кипеть подруга.

– Катюня, ты такси поймай, – посоветовала я, – а я здесь посижу пока.

Катюша выскочила на улицу, хлопнув дверью так, что с потолка на стол посыпалась штукатурка. В коридор ворвался холодный декабрьский ветер. Я поежилась и попросила дежурного:

– Сейчас Катя вернется, скажите ей, что я сижу вон там, на стульях у кабинета, а то у двери холодно.

Лейтенант кивнул. Я пошла вглубь и устроилась на твердом и жутко неудобном сиденье. Очень не люблю тосковать просто так на одном месте, без дела.

Внезапно по коридору с топотом понеслись милиционеры, они влетели в расположенный передо мной кабинет, и оттуда послышались крики, стук и звон.

Не успела я испугаться, как дверь распахнулась, и менты выволокли в коридор парня. Лицо несчастного покрывали ссадины, из разбитой губы тоненькой струйкой стекала кровь. Молодой человек упирался что было сил и кричал:

– Пустите, сволочи, гады, дряни, пустите, менты позорные! Не убивал я ее, не убивал…

Конвойные, сопя, пытались справиться с юношей. Но худощавый арестованный оказался неожиданно сильным и вертким.