Девы

16

Комната Фреда в общежитии колледжа Святой Троицы оказалась просторнее, чем у Зои, однако мебель выглядела ветхой и потертой. Мариана сразу обратила внимание на чистоту и порядок в его жилище: все аккуратно прибрано, все вещи на своих местах. Единственным исключением были разложенные повсюду бумажные листы, исписанные убористым почерком. Там теснились математические формулы, непонятные символы, стрелочки и неразборчивые пометки. С виду эти бумаги напоминали записки сумасшедшего… или гения.

У Фреда не было ни статуэток, ни безделушек. На каминной полке стояли только две фотографии в рамке.

На первой, уже довольно выцветшей, сделанной, наверное, годах в восьмидесятых, — молодая пара: привлекательный мужчина и женщина, — вероятно, родители Фреда. За их спинами виднелся луг, огражденный деревянным штакетником.

Со второго снимка смотрел серьезный, стриженный под горшок мальчик, у ног которого сидела собака.

Мариана повернулась к Фреду. С точно таким же сосредоточенным выражением лица, как у ребенка на фотографии, тот зажигал свечи. Закончив с этим, включил музыку, и помещение заполнили звуки «Гольдберговских вариаций» Баха.

— Извини, что тут все разбросано… — Фред сгреб бумаги с дивана и сложил их в неровную стопку на столе.

— Это твоя диссертация? — полюбопытствовала Мариана, кивая на листы.

— Нет. Это… просто я пишу кое-что. Что-то вроде книги. Примерно. — Похоже, он сам толком не знал, как назвать свою творение. — Садись, пожалуйста.

Мариана уселась на диван и, почувствовав, что одна из пружин сломана, немного подвинулась.

Фред вытащил бутылку винтажного бургундского вина и гордо ее продемонстрировал.

— Неплохо, а? Меня прибили бы, если б заметили, что я умыкнул ее из столовой.

Молодой человек достал штопор и, пыхтя, принялся открывать бутылку. «Он ее сейчас уронит!» — пронеслось в голове у Марианы. По счастью, обошлось: с громким хлопком Фред вытащил пробку, налил темно-красное вино в два неодинаковых бокала с выщербленными краями и, выбрав из них наименее пострадавший, протянул Мариане.

— Спасибо.

Фред приподнял бокал.

— Твое здоровье!

Мариана отпила вино и нашла его превосходным. Фред, по всей видимости, был того же мнения.

— Красота! — счастливо выдохнул он, отводя бокал от окрашенных вином губ.

На несколько секунд оба умолкли. Мариана наслаждалась виртуозными пассажами Баха — элегантными, выверенными и математически точными. Неудивительно, что они нравятся Фреду. Снова покосившись на сложенные на столе бумаги, Мариана нарушила молчание.

— А о чем твоя книга?

Фред пожал плечами.

— Честно? Понятия не имею."

"— Хоть какое-то понятие ты должен иметь, — рассмеялась Мариана.

— Ну… — Фред смущенно потупился. — Можно сказать… эта книга — о моей маме.