Дочь моего друга (СИ)

В следующий раз, — говорит хрипло и врывается в меня до упора.

Болезненное проникновение выбивает протяжный стон. Несмотря на то, что я очень его хочу, моей влаги не хватает. Или его член для меня слишком большой.

Демид замирает, вдавливаясь пахом, и не двигается. Несмотря на боль, дрожу от мучительной, острой неудовлетворенности.

Мне нужно, чтобы он двигался, чтобы он вбивался в меня, но как сказать об этом, не знаю. Цепляюсь пальцами в руки, крепко держащие меня за талию, и сама требовательно толкаюсь бедрами.

— Больно, малыш? — спрашивает Демид с таким страхом в голосе, что у меня выступают слезы.

Впиваюсь ногтями в его ладони, сипло шепчу:

— Я хочу тебя, Дем…

И сама не осознаю, что невольно выбиваю все предохранители. Мужчина внутри меня буквально срывается с тормозов."

"Он вминает меня в простыни, яростно вколачиваясь глубокими резкими толчками. Растягивает до упора, с каждым движением бедер заполняет так плотно, что не оставляет свободным ни одного миллиметра.

Вскрикиваю в унисон его рваным резким хрипам. Подаюсь навстречу, шире развожу ноги и выгибаюсь, чтобы каждое проникновение было еще глубже.

Хотя кажется глубже уже невозможно. С каждым толчком я будто взлетаю выше, еще выше, поднимаясь на новый виток удовольствия.

Меня качает на волнах ощущений подступающего оргазма, и за секунду он обрушивается со всей мощью. Мир мучительно замирает, пока я захлебываюсь от забытых ощущений и сокращаюсь в судорожном пульсирующем удовольствии.

Для меня исчезают краски и звуки, я слепну и глохну. И даже когда оргазмические спазмы утихают, все еще продолжаю сжимать стенки влагалища, оплетая руками крепкую мужскую шею.

— Моя сладкая, моя охуенная, — шепчет Демид, медленно во мне двигаясь.

Сладкая нега внутри отдается мелкой дрожью в конечностях. Разлепляю веки, смотрю на нависающего надо мной Демида. В его напряженном взгляде столько всего намешано — и ожидание, и желание, и незнакомая прежде нежность. Обхватываю его лицо руками и прижимаюсь губами к губам.

— Я тебя люблю, Демид.

Мужчина во мне замирает. Взгляд из напряженного меняется на изумленный, в нем мелькает боль и еще что-то мне неизвестное. Отпускаю руки, обмякаю под ним.

Демид отмирает и кончает в меня несколькими яростными, жесткими толчками, сопровождая оргазм рваными, хриплыми стонами.

* * *Демид

Я в нее кончил. Девчонка мне в любви призналась, и я тоже, сука… Признался.

Может, если бы смолчала, если бы отвернулась, а не смотрела так. В самую, блядь, душу.

Я бы сдержался, вышел из нее и кончил на грудь или на живот. Не в первый раз в доме заканчиваются презервативы.

А здесь как перемкнуло. То ли инстинкт собственника включился, то ли продолжателя рода, то ли еще хера какого. На адреналине. Но я полностью потерял над собой контроль.