Дочь моего друга (СИ)

Она поворачивает ноутбук ко мне экраном, и я вижу собственный мессенджер, открытый на переписке.

Смотрю на диалог, и до нутра пробирает холодом. Если фразы от меня это чей-то явный полет фантазии, то ответы моего неизвестного собеседника навечно отпечатаны у меня в подкорке кровавыми буквами.

Мой первый крупный проеб, из-за которого я чуть не сломал себе жизнь. Ошибка, которая обошлась мне слишком дорого, и из-за которой меня до сих пор крепко держат за яйца братья Айдаровы.

И кто-то очень грамотно ею воспользовался. Не хочу даже думать, что они нарушили наши договоренности. Но тогда блядь откуда?..

— Откуда это здесь взялось? — хрипло спрашиваю, с трудом отрывая взгляд от экрана.

— Не надо, Демид, не выставляй меня совсем уж идиоткой, — она страдальчески кривится. — Ты нанял киллера, чтобы убить папу, а переписку удалил.

Беру себя в руки, хотя больше всего сейчас хочется ебануть ноутом о стену.

— Это старый диалог, Арина, — я даже дышу носом, чтобы казаться спокойнее. — Точнее, его часть. Кто-то подсуетился и слепил это, чтобы меня подставить. Аккаунт взломан.

— Ты хочешь сказать, что никогда не нанимал киллера? И не планировал убийство своей мачехи Ясмин Айдаровой? — смотрит она на меня взглядом-приговором.

— Да блядь, Арина, — закатываю глаза, — причем здесь это?

— Скажи правду, Демид, — она смотрит почти с мольбой.

— Это было давно, — отвечаю нехотя, — я был зеленым идиотом, поэтому попался.

— И это единственное, о чем ты жалеешь? — поджимает губы Арина. — Ну конечно, сейчас ты сделал бы все более профессионально.

— Хуево у тебя получается язвить, малыш, — качаю головой, понимая, что сам себя закапываю. — Но разве это повод считать, что я заказал Глеба?

— Ты мне лгал, — чуть слышно говорит она, — все время лгал. Зачем? Попросил бы, я бы и так тебе все отдала.

— В чем я тебе лгал? — меня начинает это раздражать. Я зачем-то оправдываюсь в том, чего не совершал.

Ответ вгоняет меня в полный ступор.

— Ты говорил, что не знаешь Виолетту, а сам спал с ней до того, как она стала встречаться с отцом.

— Малыш, ты бредишь? Или просто меня разыгрываешь?

Но вид у Арины никак не соответствует виду человека, который устраивает розыгрыши. Лицо бледное, губы дрожат. Говорит, а сама пальцы заламывает.

Моя запутавшаяся заблудившаяся девочка.

Берет свой телефон, поворачивает ко мне экраном.

Блядь.

Растираю руками лицо, поднимаю его к потолку, изо всех сил сдерживая рвущийся из меня поток мата.

Камера. Там была камера. Как я сразу не догадался? Подстава можно сказать по классике. А я как дятел повелся на ебучие документы.

— Малыш, — опускаю голову, упираясь лбом в сложенные ладони, — это было недавно, буквально на днях.