Должница (СИ)

Совершенно точно рано.

- Извините, Артем Ильясович. Возможно, я лезу не в свое дело, поскольку не знаю всей ситуации, но я могу дать вам несколько советов.

- Ты права, Наталья. Ты лезешь не в свое дело. Не твоя работа, - холодно отчеканил я.

А затем глубоко вздохнул и передумал. Наталья уже собиралась выйти из кухни, когда я чертовски остро понял, что она права.

- Стоять. Давай свои советы. Хуже уже не будет.

Эту няню мне порекомендовали. Если она скажет что-то дельное, то я пойму, что точно в ней не ошибся, ведь с Богданом она справляется на отлично.

А еще она сумела найти общий язык с замкнутой Алей.

Или только для меня она такая замкнутая?

- А вы знаете, какое имя нравилось отцу вашей супруги?"

"Я нахмурился, посматривая на Наталью с недоумением. Это ее советы?

Наталья улыбнулась – нервно, испуганно. Неужели я выгляжу так устрашающе?

- Богдан. Ему нравилось имя Богдан. Поэтому Аля дала вашему сыну такое имя.

- Как это связано с советом?

Пусть мои слова звучат цинично, но я чертовски не понимаю, куда она клонит.

- Я говорю это к тому, что мелочи важны. Для вашей супруги детали играют особенную роль, особенно в такое время… непростое для каждой женщины.

- Я нихрена не понимаю, Наталья. Так… идем в кабинет, - велю я.

Стушевавшись от моего тона, Наталья направляется за мной. Сама предложила, теперь пусть до конца объясняет.

В кабинете я сажусь за свой рабочий стол, Наталья - на стул передо мной.

- Заточение для женщины – это боль. Вдвойне тяжело, если она остается один на один с ребенком. Але больше не хватает воздуха в вашем большом и, несомненно, прекрасном доме.

- В лес пошла и подышала…

- Нет же! – воскликнула Наталья, вызывая мое удивление.

Она притихла и продолжила:

- Здесь очень напряженно. Даже я чувствую это, а вам оно вдвойне ощущается. Богдан вновь начал плохо спать, краски в этом доме сгущаются. Сегодня был последний всплеск, и я бы не решилась учить вас тому, как вести себя с женщиной, но… Аля задыхается. В этом доме она скоро погибнет – ей нечем дышать, вы забираете у нее все!... даже воздух. И вместо того, чтобы позволить ей надышаться свободой, открыть тяжелые запертые двери и избавить ее от высокого забора, вы…

- Ты хочешь, чтобы я отпустил ее?

Наталья не преминула мудро заметить и укорить меня:

- Я? Я ничего не хочу. Сегодня я здесь, а завтра я могу разорвать рабочий контракт и уйти, - она машет в сторону выхода, - ведь я тоже замужем, Артем Ильясович, но заметьте: я свободна. Это тонкая грань, которую я пытаюсь сделать видимой для вас. Не я так хочу. Это вы должны хотеть, чтобы ваша женщина была счастлива.

Я замолчал, раздумывая над ее словами.

Наталья замужем, но ее муж не против того, чтобы она работала вахтой и жила в совершенно чужом для нее доме. Я бы не позволил Але работать так.