Должница (СИ)

Подхожу сзади, дергая ее грязное платье наверх.

- Что ты делаешь?! – вскрикивает она, оказываясь в моих руках.

- Сними уже это чертово платье! – рычу в ответ.

Оно рвется пополам, я кидаю его в мусорку, мазнув взглядом по ее голому телу. Вероятно, белье свое постирала.

Стягиваю с себя рубашку, вручая ей.

- Надень это.

Аля судорожно натягивает мою рубашку на себя. Слишком быстро - так, что ее волосы застревают в пуговицах. Проматерившись, подхожу к ней и силой опускаю ее дрожащие руки. Легче самому это сделать, чем смотреть на ее тело и желать его до скрежета в зубах.

Вынимаю волосы из пуговиц. Ее волосы пахнут мужским шампунем. Тело – мужским гелем. Вся Аля пахнет мной, и даже ребенок в ней – мой.

Собираю ее волосы в кулак, мимолетно касаясь светлой кожи. Она молниеносно покрывается мурашками.

И вот я чувствую, как мне тут же срывает крышу.

Снова.

- Аля... - с шумом втягиваю в себя воздух.

Глава 20. Аля

Он шепчет мое имя, а меня пробирает до костей. До неподъемных мурашек. Я прикрываю глаза и цепляюсь за столешницу, лишь бы не упасть от того, как сильно он сжимает мои плечи.

Мой взгляд цепляется за вибрирующий смартфон.

- Твой телефон звонит, - еле слышно шепчу."

"Руднев отрывается от меня, вытянувшись в полный рост. Тогда я с силой натягиваю рубашку на бедра. Подношу свои волосы к носу, вдыхая их аромат. Обычный мужской шампунь. Пожимаю плечами и оборачиваюсь, встречая его пристальный мрачный взгляд.

- Привет, брат, - отвечает он.

Из трубки доносится лишь тяжелый мужской голос. Такой же тяжелый, как у Руднева. Низкий, с хрипотцой.

- Я рад.

Руднев совсем не рад, иначе не смотрел бы на меня так… словно все кончено. А в следующую секунду я слышу слова, произнесенный братом Руднева:

- Когда мне девчонку забирать?

Я застываю, а затем делаю несколько шагов дальше, но все равно слышу его жестокий ответ:

- Скоро, Давид.

Руднев молча скидывает звонок, неотрывно смотря на меня. Мы встречаемся взглядом. Тот, кто остается жить и тот, чья жизнь вскоре прервется. Холодный равнодушный взгляд и жгучий, огненный, будто тлеющий с каждой секундой все быстрее.

- Мне жаль, - шепчут мои губы.

- Не стоит, - спокойно и незыблемо.

- Твой брат – какой он?

- Ты хочешь знать, такой же ли он ублюдок? Не совсем. У него есть морали, но эти морали не помогут тебе сбежать, они помогут ему выполнить передо мной его братский долг.

Я молчу, но меня интересует совсем другое. Тогда Руднев приближается ко мне, обхватывая лицо и заставляя меня посмотреть на него.

- Но он не связывается с такими, как ты. И семья ему не нужна. Даже не мечтай о том, что после меня ты сможешь быть с ним.

- Вернешься и убьешь меня? – поднимаю бровь.

- Вернусь и убью.

- Я твоя должница, но не твоя собственность.