Должница (СИ)

Пока в Москве шел самый разгар зимы, мы ежедневно нежились в горячей воде и белых песках, но все это время меня невыносимо тянуло в Россию. Я не знала, что происходило у Вероники, и я ужасно по ней соскучилась.

Да и вовсе я не собиралась рожать здесь. Это был удар эффекта неожиданности. Но действительность была такова – мы переехали в квартиру, в которой проведем всю зиму, и вернемся в Россию не раньше весны.

Давид заботливо отодвигает стул, но это лишь подбивает меня на эмоции. На нехорошие эмоции. Вытираю слезы и сажусь за стол. Вид из панорамного окна лишает дыхания, и лишь уют нового места жительства заставляет меня прийти в себя.

Происходит что-то серьезное, но Давид скрывает это.

Какая опасность ждет меня и моего ребенка по возвращении в Россию?

И вообще, вернемся ли мы? А вдруг здесь что-то случится? Вдруг здесь опаснее?

Лишенная фундамента дома и семьи, я чувствовала себя совсем не защищенной в этом мире. Лишь Давид пытался восполнить этот фундамент, но тщетно. У меня нет семьи.

- С Новым годом, что ли?

Поднимаю взгляд. Давид сидит напротив и протягивает руку с бокалом шампанского. Поднимаю свой – с соком.

- Улыбнись, Аля. Я понимаю, что мой брат сделал тебе больно. И мне жаль, что все вышло так.

Откровения от Давида я слышала не так часто. Все основное время он был холоден и неприступен, но порой он мог рассказать мне больше. Были такие моменты, и этот вечер – такое же исключение.

- Почему тебе жаль?

- Ты мне нравишься.

Что?

Распахиваю глаза в удивлении, даже забывая о том, что увидеть Россию я не смогу еще много месяцев. Что так и повисну здесь, в неизвестности.

Давид улыбается уголками губ.

- Ты мне врешь. Врешь, чтобы заставить меня поверить в это и улыбнуться! – шепчу я.

Но улыбка все равно трогает мои губы.

- Отчасти. Я действительно хочу, чтобы ты улыбнулась. Но лгать тебе я бы не стал."

"Прищуриваюсь. Отпиваю сок, чтобы остудить свои нервы. Атмосфера становится более теплой. Я, наконец, замечаю не только ужасные перспективы будущего, но и свечи, зажженные на панорамном балконе, и приглушенный свет, и романтику.

Романтика, которая ни к чему не обязывает и не принуждает. Она просто создает прекрасную атмосферу, и мне становится легче воспринимать действительность.

После того случая я поняла, что мы с Давидом просто несовместимы. И тот поцелуй – был ошибкой.

- Ты мне нравишься. Но, к сожалению, у нас другая судьба, Аля. И я хочу, чтобы ты не беспокоилась. После рождения ребенка у тебя будет своя квартира, свой автомобиль, свой бизнес. Я помогу.

Давиду хотелось верить.

Его взгляд искрил добротой. Но доброта эта была связана с жалостью, я чувствовала. С жалостью к моей судьбе.

- Жизнь наладится, Аля. Я не брошу тебя, пока ты не встанешь на ноги.

Ставлю бокал на столик.