Дознание в Риге

Перепуганная кухарка обратилась за защитой в полицию. А пристав первого участка Россман посоветовал ей снять деньги и ночью тайно бежать из Риги! Пока не поздно…

У Кнаута задергалось лицо, и он заявил, что сыскное отделение не даст женщину в обиду. В Риге есть еще закон, и даже Цвейбергу не все дозволено. Лыков выразил готовность переговорить с губернатором. Но главный сыщик замахал руками:

– Нет-нет, я сам справлюсь! А то все подобные беседы отзываются потом на моей шее.

Мысль Растегаева подвести Яана к латышам под видом жуликоватого финансиста понравилась начальству. Но как это сделать? Кнаут вызвал надзирателя Жведриса, отвечающего за Митавскую часть. Тот долго морщил лоб, потом предложил следующее. Дохлый Август действительно арендовал помещение в Красных амбарах. Там спрячут контору, распространяющую прусские лотерейные билеты. Околоточному Федоту Воронько уже обещали барашка в бумажке, и он закроет на это глаза. Но самый нужный для успеха человек на днях попал в больницу. Некто Йонатс, определенный мазом к лотерее, получил сильный ушиб головы. Перепрыгивал выпимши через ломовика да и шваркнулся о мостовую. Вот такие у Августа финансисты! И теперь он спешно ищет замену прыгуну, кляня его скверноматерными словами. Через неделю начнется продажа билетов следующего розыгрыша, а деловика нет.

– Очень хорошо, – прервал надзирателя начальник. – Но как подвести-то? С улицы Яану Францевичу прийти? Без рекомендаций даже не примет.

– У Дохлого Августа есть правая рука – некто Франц Тулейко, – добросовестно подсказал Жведрис.

– Это которого мы в том году отпустили за недоказанностью? – зло поинтересовался коллежский асессор.

– Тот самый. Верткий, собака! Что немец… Ой! Александр Иваныч! Я другое имел в виду…

– Продолжай, чего там.

– Этому Тулейко и поручено сыскать нужного человека. Он вчера пытался сманить кассира из Кредитного общества домовладельцев. Тот побоялся, не пошел.

– Ясно. Что ты предлагаешь?

– Тулейко по утрам заседает в ресторации Церпина на Митавском шоссе, двадцать три. Официант там есть, Петер. Он мой освед. Петер и подведет господина Титуса как своего знакомого. Рожа у него… Ой! лицо, то есть, подходящее. Так и хочется при нем… при вас, значит, Яан Францевич, карман проверить.

На том и порешили. Сыскные начали готовить Титуса к новой роли. А Лыков пошел в Замок. Он собирался заручиться поддержкой Суровцева в предстоящей борьбе с Цвейбергом. Но оказалось, что Владимир Дмитриевич спешно уехал на Кавказ, догуливать прерванный отпуск. Так Алексей остался без прикрытия."

"А вечером того же дня его чуть не убили. Причем в центре Старого города, на виду у прохожих. Сыщик шел по Большой Конной улице.