Сладкий хлеб мачехи

Волевым жестом отстранив от изголовья кровати Варю, склонился над Басей, осторожно дотронулся до перебинтованной головы, провел кончиками пальцев по мокрой щеке.

— Бася, милая… Жива. Жива, слава богу. Я как чувствовал, не хотел уезжать, помнишь?

— Да, помню… Ты заехал ко мне позавтракать и чуть на самолет не опоздал. Я помню…

— Теперь никуда без тебя не поеду! Никогда, никуда! И вообще… Я тебя домой заберу. Сам ухаживать за тобой буду. Где тут врачи? Глеб, найди врача, я ее домой забираю!

— Пап… Она вообще-то еще под капельницей… — осуждающе развел руки в стороны Глеб.

— Вадим Сергеевич, нельзя пока! — эхом повторила за ним Варя.

— Ну, значит, завтра заберу! — решительно проговорил Вадим. Вглядевшись в Басино лицо, спросил испуганно: — Ты что, плакала? Почему ты плакала? Тебе плохо, да?

— Да это она от радости! — торопливо пояснил отцу Глеб. — Ее Варька только что мамой назвала!

— Ну, ты даешь, девушка! — улыбнулся и в то же время покачал головой Вадим осуждающе. — Разве можно так сразу… Это же стресс… Понимать должна, большая уже!

— Ой, да ладно, все же хорошо! Правда, мам?

Бася лишь опустила ресницы и улыбнулась, ласково соглашаясь. Говорить она не могла. Чувствовала — если заговорит, снова зальется слезами. Зачем тревожить своих близких? Они и без того уже почти перессорились.

— Мам, Вадим Сергеевич… — хитро взглянув на Глеба, вдруг весело проговорила Варя, — а хотите, мы сейчас вас рассмешим? Хотите? — И, не дожидаясь ответа, затараторила быстро: — Представляете, мы сегодня с Глебкой о чем поспорили… Вот если мы вдруг возьмем и поженимся…"

"— Что?! — хором переспросили Вадим и Бася, с удивлением глядя на них.

— Ой, да не пугайтесь вы так! — весело махнула рукой Варя. — Я же говорю — вдруг! Ну, и вот… Как тогда нам быть, представляете?

— В каком это смысле? — на всякий случай уточнил Вадим.

— Ой, какой вы непонятливый, Вадим Сергеевич! Ну, кто нам тогда мама будет? Мне — свекровкой или Глебу — тещей? Или сразу все вместе? Но так ведь не бывает, чтобы сразу все вместе? Представляете, а у нас так получится! Нас что, в Книгу рекордов Гиннесса занесут, да?

Вадим даже не улыбнулся, лишь посмотрел на Варю исподлобья. Потом перевел взгляд на сына, помолчал, проговорил осуждающе:

— Значит, так, молодежь… А ну, давайте, брысь отсюда вместе с вашими планами! Размечтались тут! Она сначала моя жена, а потом уж ваша мачеха, поняли? Идите, идите отсюда… Нам поговорить надо…

— И в самом деле, мы пойдем, пожалуй… — мягко обнял Глеб Варю за плечи. — Простите, что сразу не догадались… Пойдем, Варюха…

Он что-то шепнул ей на ухо, и девчонка прыснула в кулачок, озорно оглянувшись. Когда за ними закрылась дверь, Вадим осторожно взял в руки Басину ладонь, поднес к лицу.

— Теперь все будет хорошо, вот увидишь.