Двум смертям не бывать

Он знавал многих, кто сперва сладострастно предавался грехам, а потом с не меньшим сладострастием каялся. Уподобляться не хотелось, но и уверенности, что в случае чего удастся устоять пред соблазном тоже не было. Эдгар выругался, тоскливо глянул на занимающийся за окном рассвет, предвкушая, каково через несколько часов будет просыпаться. И провалился в сон, едва донеся голову до подушки.

Конечно же он проспал: едва хватило времени прочесть молитву, а о завтраке можно было и не думать. Впрочем, в былые времена приходилось жить голодным едва ли не по неделе и подобные мелочи давно не имели значения.

Несложно поститься зная, что вечером ждет сытый ужин. Гораздо хуже было то, что он не знал, как себя вести. Можно сколько угодно повторять, что здесь можно остаться наедине с девушкой и не иметь ввиду ничего постыдного, все равно при мысли о том, что придется несколько часов находиться рядом с принцессой без свидетелей, становилось не по себе. Нет-нет, он не собирался повторять ночные подвиги — Эдгар осенил себя священным знамением, не обращая внимания на косой взгляд слуги, что вел по коридору. Но все равно, происходящее было неправильным.

Слуга провел куда-то во внутренний двор — Эдгар так удивился, что на миг перестал сокрушаться — и остановился у беседки посреди лужайки. Внутри уже стоял стол и пара стульев, на столе оказались приготовленными чернила и пергамент. Эдгар внимательно огляделся: решетчатые стены беседки совершенно не скрывали происходящее внутри от посторонних глаз. Вознес про себя благодарственную молитву: король этой державы определенно был мудр. Что плохого в том, что принцесса и ее учитель будут заниматься посреди цветущей лужайки вместо того, чтобы сидеть в четырех стенах?

Ученица не заставила долго ждать.

— Здравствуй. — Она говорила слегка запыхавшись, точно только что бежала. Впрочем. через лужайку девушка и в самом деле пронеслась вприпрыжку. Судя по всему, вне приемов ее никто не муштровал, выговаривая за неподобающее поведение. Тем более, что выглядеть воплощением царственного достоинства девушка умела — вчера у Эдгара была возможность убедиться в этом. Он поклонился:

— Здравствуй, государыня.

— Талья. Садись."

"Эдгар все же дождался, пока она опустится на стул прежде чем сесть самому.

— Судя по твоему виду, выспаться не получилось. — Сказала принцесса. — И как тебе гостеприимство наших девушек?

— Государыня…

— Талья.

— Как прикажешь. Талья, подобные вещи я не намерен обсуждать ни с тобой, ни с кем-либо другим.

Она откинулась на спинку, откровенно изучая стремительно краснеющего учителя.

— А если я прикажу?

— Мне придется не подчиниться.

— Вот как? А ты знаешь, что тебя могут казнить по одному моему слову?

Эдгар выдержал пристальный взгляд.