Единственный...

— И мне и папе еще утром прислали фотографии, — мама сделала глубокий вдох, будто пытаясь успокоиться и взять себя в руки. — Ты с Агеластосом, кажется в университете. Он полуголый и ты в его футболке поверх платья. Он держит тебя за руку и куда-то ведет.

— Кто… Кто прислал эти фотографии?

— Я не знаю. Чара, разве это имеет значение? Нам еще написали, что вы… господи, я даже думать об этом не хочу, но разве это и так не ясно? Что вы прямо в университете занимались чем-то таким. Что он опять пачкал тебя в одной из аудиторий.

— Мам, мы не занимались ничем подобным.

— Правда? Судя по фотографии, как раз занимались, — мама шумно выдохнула. — Я не хочу лезть в твою личную жизнь. Ты уже взрослая девушка, но… Чара, мне больно осознавать, что об тебя вытирают ноги, а ты это принимаешь.

— Мам, все не так. Он просто случайно дернул за мое платье и оно порвалось. Кириан отдал мне свою футболку и отвел к кузине. Она дала швейный набор, чтобы я зашила платье.

— Это же как сильно он «случайно» дернул за платье, чтобы оно порвалось? — мама мне не поверила. Все еще считала, что Агеластос брал меня в одной из аудиторий.

 — Ты говорила, что возвращаешься в Афины, чтобы учиться. Вот так ты учишься? Вот чем ты занимаешься в университете? Ты ведь к нему ехала?

— Нет, это неправда…

Мама не дала мне договорить.

— Чара, мы не хотели об этом тебе говорить, но я считаю, что все же стоит это сделать. У твоего папы больное сердце…

— Больное сердце? — я широко раскрыла глаза. — Почему вы раньше не говорили? Как давно?

— Уже несколько лет. На этой работе в Кастории, ему стало немного хуже, но терпимо. После этих фотографий, которые нам прислали сегодня, Хтония отвозила твоего отца в больницу.

— К-как он сейчас? — в груди все перевернулось и сжалось. Я ощутила жуткую тревогу, которая обвила тело и я на ватных ногах оступилась.

— Сейчас он уже дома. Принимает лекарства, но хочет поехать в Афины и разбить лицо Агеластосу.

— Все правда не так, как кажется. Кириан ничего плохого мне не делает.

— Ты можешь защищать его сколько угодно. Ты смотришь на него глазами влюбленной девушки, но это больные отношения, в которых он тобой лишь пользуется и позорит. Показывает насколько ты доступна. Ты хоть представляешь, что о тебе думали, когда ты в таком виде шла с ним за руку в университете?

— Я в ближайшее время приеду домой.

Хочу увидеть папу и поговорить с вами.

Несколько долгих и тяжелых секунд мама молчала."

"— Мы хотим, чтобы ты вернулась в Касторию навсегда. Забери документы из университета и возвращайся. Поступишь тут на учебу.

— Мам… — прошептала на выдохе.

— Я правда не хочу давить на тебя. Больше всего на свете, мне бы хотелось доверять твоим решениям, но я вижу, что сейчас ты на это не способна.