Эхо первой любви

Досталось и дежурному врачу, который спокойно наблюдает, как у него на глазах ребенок погибает от аппендицита, и медсестрам, которые просто хабалки, и начмеду, что развел какой-то притон вместо больницы.

Стало ясно, что разум тут не вернется на свой престол, поэтому начмед взял телефон, позвонил своему приятелю, работавшему в первой детской больнице, и организовал сантранспорт.

«Слава богу, вы нашли в себе мужество признать свою некомпетентность!» – назидательно произнесла женщина, услышав, что сейчас ребенок будет транспортирован в настоящий стационар, и представителям самой гуманной профессии пришлось взяться за руки, чтобы ее не придушить.

Добившись желаемого, женщина сразу успокоилась, и на ее красивом лице появилась до странности самодовольная улыбка. На дочь она даже не посмотрела, отец был совершенно деморализован, и врач счел своим долгом успокоить девочку, которая была уже достаточно большая, чтобы понимать слова «ребенок умирает», многократно сказанные в ее присутствии. «Сейчас немножко покатаешься на машинке скорой помощи, попросишь водителя, он для тебя сирену включит, и мамочка с тобой поедет», – сказал врач и получил ответ «это не моя мама».

– Нужно было, конечно, немедленно уничтожить эту сумасшедшую, – засмеялся начмед в телефоне, – но наш косяк. Мы не проверили, является ли она законным представителем ребенка, а кроме того, были уже так истощены скандалом, что идти на новый виток не могли. Только позвонили моему приятелю, чтобы он ее на пушечный выстрел к больнице не подпускал.

Приятель потом рассказал начмеду, что детский хирург, осмотрев девочку, тоже не нашел признаков аппендицита (как раз истекли два часа, предназначенные для наблюдения), но поскольку все это сопровождалось скандальной историей, счел за лучшее прооперировать.

– Ну и хорошо, – улыбнулся Лев Абрамович, – а если бы потом у девочки случился настоящий аппендицит, еще неизвестно, выжила бы она с такой-то родней.

Хорошо-то хорошо, подтвердил начмед, только в выписном эпикризе никогда не пишется, что аппендицита не было. Каждый день тысячи докторов по всей стране проводят гипердиагностику и удаляют здоровые червеобразные отростки, потому что сомнения в экстренной хирургии всегда решаются в пользу операции, и на этот случай есть прекрасный диагноз: «острый катаральный аппендицит».

Профессионалу сразу ясно, о чем тут идет речь, но для сумасшедшей дамы эпикриз послужил доказательством ее правоты. Она потом приходила к начмеду, трясла бумажкой перед его носом и обещала «вывести на чистую воду всю вашу шарагу». Начмед предложил ей прийти в следующий раз с законным представителем ребенка и вызвал охрану. Все же он был опытный врач и знал, что спорить с психами – дело пустое и энергоемкое.