Гордый, жестокий... желанный

— А о вас очень хорошо отзывались. — Сказав это, он поднял бровь, и Пенни осознала, что вела себя очень непрофессионально, а это было совсем на нее не похоже.

И все из-за его сногсшибательной привлекательности.

— Хотя я начинаю сомневаться в вашей способности выполнять свою работу, — решительно сказал он, — я уже опаздываю на очень важную встречу. Пойдемте, я представлю вас моей экономке. Сегодня вечером нам предстоит серьезный разговор.

Он начинает сомневаться! Его слова обидели Пенни.

— Мистер Ди Люка, — заявила она, глядя ему прямо в лицо, — могу вас уверить, что я более чем способна выполнять свою работу, как вы выразились. — Пенни сунула ему конверт. — Вот мои рекомендации, вы увидите…

— Это не обязательно, — высокомерно сказал он. — Я предпочитаю полагаться на собственное мнение.

Это полностью выбило Пенни из колеи. Винить его она не могла: вместо того чтобы закрыть глаза на его привлекательность и проявить себя по-настоящему опытной няней, какой она и была, она вела себя совершенно по-идиотски.

Этим утром она подходила к его дому, полная энтузиазма. Ее агентство дало понять, насколько важна эта работа. Мистер Ди Люка был главой крупной рекламной компании, и если он останется доволен Пенни, это могло бы сыграть на руку ее агентству.

Он жил на окраине Лондона в огромном особняке. Настоящее поместье, подумалось Пенни: когда открылись ворота, управляемые электроникой, из окна ее машины открылся вид на акры небольших лесов и садов. Сказать, что она была впечатлена, значило не сказать ничего. Когда же она добралась до дома, то просто остолбенела: три этажа, по восемь окон в каждом. Сколько же там комнат?

— Я так понимаю, ваша предыдущая няня оставила вас довольно неожиданно? — спросила она, следуя за ним по длинным коридорам.

Сторонний наблюдатель подумал бы, что они бегут наперегонки, и ее длинноногий наниматель то и дело норовил оставить ее далеко позади. Он был одет в темно-серый костюм и белую рубашку (с Сэвил-Роу, если она не ошибалась), не скрывавшие достоинств прекрасно сложенного тела. Он был в хорошей форме, и это было неудивительно, учитывая его график. Ей говорили, что он уходит в семь и возвращается поздно вечером и, судя по всему, редко видит свою дочь."

"— Верно. И если у вас есть какие-то сомнения в том, что эта работа не для вас, я был бы очень вам обязан, если бы вы высказали их прямо сейчас.

Он остановился так резко, что Пенни врезалась в него и не упала только потому, что его сильные руки удержали ее. Завораживающие темные глаза поймали ее взгляд, и несколько секунд она не дышала, глядя в их волшебную глубину, но, осознав, что делает, отступила на шаг. От него исходил запах самого возбуждающего парфюма, с каким ей только приходилось сталкиваться.